nervana.name

 

Цзы Фэнчунь

МОНАСТЫРСКИЕ БУДНИ


 


Монастырь Шаолинь

В 80-е годы прошлого столетия после выхода на экраны фильма «Монастырь Шаолинь» приоткрылась завеса тайн этого буддийского монастыря. О Шаолине было написано много книг, в которых рассказывалось о монахах - мастерах кунфу. Герои кинокартин и романов, взлетающие на крыши и карабкающиеся по стенам домов, борющиеся без страха и упрека за справедливость, помогающие добрым людям и карающие зло, полюбились кинозрителям и читателям. Современные же шаолиньские монахи пользуются мобильными телефонами, сидят перед компьютерами, водят машины, изучают английский, и это ломает все старые представления людей о монастыре. Многих интересует: так как же живут шаолиньские монахи сегодня? Желая удовлетворить и свое любопытство, мы отправились в монастырь Шаолинь.

СТАТЬ МОНАХОМ - МАСТЕРОМ УШУ НЕЛЕГКО

Стать настоящим монахом, искусно владеющим кунфу, не так-то просто. В настоящее время в монастыре не более 90 таких людей. Большинство из них пришли в монастырь лишь с целью овладеть настоящим шаолиньским кунфу. Предводитель отряда монахов Ши Яньчан поведал нам много интересного:

- Чтобы стать монахом-мастером, нужно преодолеть немало преград. После того, как ты подашь прошение об учебе, учитель совершает первую проверку. Если ты ему подойдешь, то поступаешь в подготовительную группу, где тебе предстоит пройти много тяжелых испытаний. Учитель может вообще не обучать тебя искусству ведения боя, лишь поручает выполнять разную монотонную работу, при этом наблюдая за твоим терпением. Для будущего монаха самым важным являются его моральные качества. Чтобы проверить их, требуется несколько месяцев тщательных наблюдений плюс самая внимательная проверка личности внутри и за пределами монастыря. Если кандидатура подходит, то необходимо зарегистрироваться в Обществе буддистов, и твое личное дело должно быть заложено в компьютерную базу данных. Вот только тогда ты официально становиться монахом Шаолиня.

Рядом стоял Яньбинь, открытый и жизнерадостный молодой монах. Мы поинтересовались его жизнью.

- Родители привели меня в монастырь, когда мне исполнилось двенадцать лет. Как видите, в обители я уже целых десять лет. Мне здесь нравится.

От него мы узнали о монастырском режиме дня. В пять тридцать подъем, полтора часа на разминку, тренировки, затем завтрак, после завтрака утренние занятия, один - два часа идут уроки по обязательным предметам - естествознанию, китайскому языку, математике и другим. После уроков снова тренировки, затем обед, сонный час. После обеда все повторяется и в 21:00 тушат свет, отбой.

- Какова система физической подготовки? - переспросил монах Ши Яньчан. - Постоянные тяжелые тренировки и в жару, и в стужу. Одно движение порой приходится отрабатывать не менее часа, то есть на всем протяжении горения палочки благовоний. Берем силой воли. Одним словом, если желаешь овладеть шаолиньским кунфу, то нужно быть готовым перенести любые трудности.

Монах привел пример с упражнением «железная голова». Для начала необходимо предварительно мягкой тканью обвязать голову в несколько слоев, поверх добавить еще два слоя жестяного листа и только тогда можешь в буквальном смысле слова бить головой о стену и так по многу раз в день. Со временем удары головой постепенно становятся все сильнее и сильнее, число ударов также возрастает. За год такой тренировки получаешь лишь первоначальные результаты. А чтобы добиться того, чтобы при ударах незащищенной головой не было боли, уйдет по крайней мере от трех до пяти лет.

На вопрос, действительно ли монахи могут взлетать на крыши и карабкаться по стенам домов, ответил Яньбинь.

- Это преувеличение! - усмехнулся он. - Хотя.... может, это я еще не достиг таких вершин? На мой взгляд, шаолиньское кунфу действительно очень сильно, однако не настолько фантастично, как о нем говорят. В отличие от других школ, которые строго придерживаются только своих приемов. Шаолинь перенимает и многое лучшее у других школ. И то, что пишут в книгах о монахах, взлетающих на крыши и карабкающихся по стенам, конечно, и не совсем правдоподобно, но с помощью некоторых приспособлений совершать похожие «взлеты» и «перелеты» вполне возможно.

ВСЕ В МИРЕ ПРЕДНАЧЕРТАНО СУДЬБОЙ

Глядя на распустившиеся цветы, монах Ши Яньцзин взволнованно продекламировал:

- Все в мире нашем предначертано судьбой!

Объяснил, что сегодня уже два раза приходил сюда, в Лес пагод, и не видел этих желтых цветов, они распустились только что, а это хорошее предзнаменование, пришедшее от Будды.

Лес пагод - кладбище с целым ансамблем старинных пагодных строений, находится в 250 метрах к западу от монастыря. Здесь похоронены монахи Шаолиня многих поколений. Молодой же монах по поручению наставника пришел нас провести к этой достопримечательности.

Настроение его приподнятое, ведь через несколько дней он уезжает на стажировку в Ханчжоуский монастырь Линъинь.

- Это равносильно поступлению в вуз, там я буду учиться четыре года, - не мог скрыть радости молодой монах.

Он не шел, а словно летел на крыльях.

- Яньцзин, почему именно Вас послали учиться? Вы хорошо проявили себя? - невольно спросила я.

- Мы сдаем экзамены по целому ряду предметов. - ответил он. - По китайскому языку, математике, естествознанию, английскому языку, буддизму. Я хорошо успеваю по всем.

- Ну, а после учебы Ваша жизнь изменится?

- Конечно, изменится. Я еще глубже постигну суть учения.

- После стажировки вернетесь в Шаолинь?

- Сейчас я еще не знаю.

- Яньцзинь, а откуда Вы родом?

Сколько Вам лет?

Монах сразу задержал шаг, сложил перед грудью вместе ладони и торопливо ответил:

- Монаха не спрашивают о его родине и его возрасте. В монастыре строгие порядки, - объяснил он. Ежедневно у монахов есть утренние и вечерние занятия. Утренний урок начинается в 5 часов, а вечерний - в 16:30. Опоздавший на урок наказывается: провинившийся должен стоять на коленях в течение горения одной лучины благовоний, то есть не менее часа. На утренних и вечерних уроках монахи овладевают первыми азами теории кунфу, куда входит и чтение мантр на санскрите. Чтобы выучить наизусть такое заклинание, нужно изрядно попотеть как минимум 3-7 дней.

К 10 часам Яньцзин должен был поспеть на проповедь. Он проводил нас до Леса пагод и поспешил распрощаться со словами:

- Сегодня читает проповедь учитель из Сингапура. Монастырь Шаолинь ежегодно приглашает известных учителей для чтения проповеди, что содействует расширению контактов между буддийскими кругами. Бегу, послушаю, пойдет на пользу. - Монах сложил вместе ладони и откланялся.

В 16.30 мы направились в больой зал на урок. Около 30 монахов, кто стоя, кто на коленях, читали мантры. В дверях толпились любопытные туристы, но их присутствие, по-видимому, нисколько не беспокоило погрузившихся в свой внутренний мир монахов. Во втором ряду я увидела Яньцзина. Хотела помахать ему рукой, но он не обратил на нас ни малейшего внимания, словно не знал нас вовсе.

МЫ ТАКИЕ, КАК ВЫ

В монастыре Шаолинь действует водопровод, и монахам уже нет надобности носить воду ведрами, что было для них традиционной утренней зарядкой. Но многие не оставляют эту привычку и бегут в горы чтобы поразмяться, потренировать ноги: пять минут бегом вверх по склону, пять минут обратно, и так не менее часа. В 7.00 - время завтрака, на который подается жидкая каша и пампушки с соленьями. Обед не обходится без рисовой каши и овощей с перцем. Ужин мало отличается от обеда, но на ужин приходят не все, многие держатся правила «после обеда не принимать пищу», что тоже является одной из буддийских практик. В конце столовой стоит стол - место, предназначенное наставнику монастыря, а по двум сторонам перпендикулярно от него тянутся длинные столы для монахов. Во время еды нужно строго придерживаться трех правил: не разговаривать, не чавкать, не стучать палочками по тарелке, одним словом соблюдать полную тишину.

В 8 часов утра монастырь открывает ворота и встречает гостей. Монахи приступают к своим делам.

Уборку помещений, работу на куне теперь выполняют люди, нанимаемые извне. Монахи же учатся, проводят время в медитации и тренировках. Наставники обращают строгое внимание как на учебу, так и на тренировки. Ушу - ежедневное занятие монахов. Одни отрабатывают движения с палкой, другие - с мечами. А вот один монах упражняется с каким-то странным крюком на колючей рамке с острыми концами по четырем углам. Этим орудием очень легко поранить руку, и хотя острые концы перевязаны белой материей, но и на ней уже есть пятна крови.

Не думайте, что жители монастыря совсем оторваны от мира. В классной комнате установлен телевизор, и монахи часто собираются вместе, чтобы посмотреть что-нибудь интересное. На это отводится время - обычно два-три раза в неделю по часу. В монастыре имеется читальный зал, где можно прочитать свежие газеты, а также посмотреть по центральному телевидению новости дня.

А вне монастыря шумит, бежит, переливается огоньками соблазнов жизнь, и его высокие стены не в силах оградить от нее. В Шаолине немало молодых монахов и юных послушников. На наш вопрос, могут ли они в любое время пить сладкие напитки и, проголодавшись, что-нибудь перекусить, кто-то ответил:

- Перекусить в любое время можем чем угодно, кроме мяса. Что же касается нашей обычной еды, то мы не едим ничего жирного. Уже привыкли, на здоровье не жалуемся.

Жизнь монахов однообразна, мыслим мы проще, не гонимся за материальными благами, гонимся, пожалуй, только за мудростью.

Другой монах добавил:

- Ежедневно каждому полагается одна бутылка молока. Хотя пища наша и постная, но питательных веществ достаточно. Болезнь-то берет именно тех, кто любит мясо.

Из беседы с монахами я узнала, что каждый месяц они получают что-то вроде зарплаты в размере 200 юаней, в неделю у них один выходной день, а раз в три года они могут навестить своих родителей.

Как только я вошла в комнату, где жил Яньда, мое внимание привлек книжный шкаф, заполненный книгами. На столе стоял изящный чайный прибор. Готовясь к беседе с нами, монах включил музыку. По комнате разлились нежные звуки фортепиано. Яньда церемонно вручил нам свою визитку. Я скользнула глазами - «секретарь монастыря Шаолинь», «главный помощник наставника монастыря Шаолинь», «помощник директора правления компании по развитию дел монастыря Шаолинь» - титулов предостаточно.

Не успели обмолвиться несколькими словами, как зашумел чайник. Монах начал заваривать для нас чай.

- Чаепитие - тонкое искусство, - как бы между прочим заметил монах.

Заваренный им напиток и впрямь оказался восхитителен.

- Многие думают, - повел беседу Яньда, - монахи только и знают, что читать молитвы, сидеть в созерцании, что ничего вне своего мира они не видят и не слышат. Это не так. Мы такие же обычные люди, как и вы, люди со своими интересами и вкусами, не отстающие от всего нового. Кое-кто удивляется: как это у монаха есть мобильник, компьютер, машина? Да еще изучает английский? В нашем же понимании, машина - всего лишь более удобное и быстрое средство передвижения. Мобильник и компьютер - связь с миром. Что же касается английского языка, то мы тем более должны его изучать, чем быстрее развивается общество. Без универсального средства общения мы будем отброшены за борт. Мы не хотим быть оторванными от мира.

- По должности иногда приходится связываться с дипломатами иностранных государств.. Тут уж, конечно, нужен английский. У меня есть и несколько личных друзей вне монастыря, и мы обычно разговариваем по интернету и ведем переписку по e-mail. Очень удобно! Вы уже заметили в моей комнате современную электронику - компьютер, телевизор, DVD. Так что мы не такие отсталые, как думают люди.

СВОБОДА ДЕЙСТВИЙ

В Шаолине до сих пор сохранились устои управления, чем-то схожие с семейно-родовыми. Настоятель монастыря играет роль вождя. Ниже действуют «четыре руководящих класса» и «8 исполнителей». «Четыре руководящих класса» образуют «штаб глав монастыря». Раньше насчитывалось свыше 80 исполнителей, и обязанности распределялись между ними довольно четко - носить воду, подметать двор, убирать храмовые залы, зажигать огонь и даже открывать ворота.

Относительно поступления в монастырь или ухода из него, как говорит настоятель Ши Яньсинь, проводится политика свободы выбора. Все, кто имеет здоровое тело и истинную веру, могут постричься в монахи. Покинуть монастырь тоже можно по своему желанию.

В 1996 году монахи Ши Яньбао и Ши Яньху покинули монастырь и благодаря своему высокому уровню мастерства ушу посвятили себя в первое время миру кино. За четыре года они заработали 500 тысяч юаней и отправились на юг, в Шэньчжэнь, где занялись коммерцией. Еще спустя 6 лет, то есть сегодня, они создали свою корпорацию «Тяньцзицюань» с уставным капиталом чуть ли не 200 млн. юаней, куда привлекли группу видных специалистов страны по квантовой механике в области медицины, благодаря чему произвели лучшую в Китае квантовую лечебную аппаратуру.

- Когда мы приехали в Шэньчжэнь, - объяснил Ши Яньбао, - в компании было всего 12 сотрудников, а сегодня общее число их достигло более 4300 человек. Мы выбрали область медицины именно для того, чтобы осуществить нашу многолетнюю мечту с тех времен, когда мы были монахами. - спасение страждущих.

Так что шаолиньское братство остается верным пути и за стенами обители.



Загрузка...
  Турбо-Суслик KrasaLand.ru Слова и Краски Твоя Йога