Виктор Крымзалов

ИНДИЯ В ЦВЕТАХ

( Путевые заметки )


ИндияБуддизмМистикаРелигияУчителяПрактикиРазное

Автор отправился в эту экзотическую страну изучать английский язык. А заодно и деятельность NIIT - Национального института информационных технологий. Мы представляем читателям серию его репортажей.

САУНА В СУБТРОПИКАХ

Автор на фоне Тадж-Махала

От Ташкента до Дели "Боинг" национальной авиакомпании "Хаво йуллари" летит всего два с половиной часа. Значительную часть пути внизу проплывают величественные снежные вершины гор. И только уже во время посадки можно наблюдать другой ландшафт: пышную растительность джунглей и коробки роскошных вилл. При этом сразу бросается в глаза и необычная архитектура построек, и их, скажем так, непривычная нам яркая разноцветность.

В аэропорту Дели сразу чувствуешь себя, как будто попал в финскую сауну. Пот мигом заливает лица пассажиров, поначалу даже трудно дышать. А ведь, когда мы вылетали из Ташкента, температура там была повыше, чем здесь. Это влажность, высокая влажность воздуха, жара при такой влажности переносится труднее всего.

Переборов желание забраться обратно в самолет, отправляюсь со всеми пассажирами на таможню. В зале ожидания зачем-то на уровне пояса натянуты синие пластиковые ленточки, образующие сложный лабиринт, вроде того, где жил мифический Минотавр. В то же время некоторые граждане, в том числе и я, не ищут концов этого лабиринта, а решают вопрос радикальным способом: подныривают под символическое ограждение и пристраиваются в хвост нужной очереди.

Таможенная процедура, в отличие от подобной процедуры в США, длится долго и нудно. В то же время багаж все получают в соседнем зале, когда таможня уже пройдена, а у таможенной стойки никто не проверяет и ручную кладь. Видимо, индийские таможенники настолько доверяют своим узбекским коллегам, что считают лишним утруждать себя ненужной работой. В общем-то так оно и есть - через отечественную таможню, как говорится, не пролетит и муха.

В Дели по линии NIIT мы прилетели вместе с начинающим бизнесменом Дильшодом, который, на мое счастье, прекрасно знает английский язык. У выхода из аэропорта нас встречает улыбчивый индиец, который, как и обещали в посольстве Индии, держит в руках табличку, призывающую нас. Проводит в машину типа нашего

"Дамаса" и здесь, для верности, так как не знает не только русского языка, но и толком английского, дает ознакомиться еще с одной бумажкой, где написаны наши имена. И, убедившись, что не перепутал ни с кем другим, нажимает на акселератор. Наше путешествие по индийской сауне начинается.

«КОРОЛЕВСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ» -
КЛАССИЧЕСКИЙ ЕВРОПЕЙСКИЙ СТАНДАРТ

Прилетели мы в первой половине дня субботы. Нам дали ключ от гостиничного номера, показали, где обедать, и до вторника предоставили самостоятельно знакомиться с экзотикой.

Знакомство начинаем с гостиницы. Когда я собирался в Дели, многие из моих знакомых, ссылаясь на рассказы своих приятелей, пугали ужасами проживания в Индии. Мол, в отелях грязь, воды нет, сервиса никакого и т.д. и т.п. В то же время на поверку все это оказывается байками. Отель "Королевская резиденция", куда нас определили на жительство, вполне в европейском стиле. Это видно уже начиная с холла. В холле кондиционная прохлада и со вкусом подобранный интерьер. Правда, чтобы не было европейской сухости, на стеклянный стол поставлены два вазона, наполненные ярко-красными пластиковыми помидорами и такими же яркими зелеными огурцами и желтыми лимонами. В результате интерьер преображается, становится в индийском стиле. И мы еще раз отмечаем, что люди здесь очень любят сочетание ярких цветов.

В номерах, рассчитанных большей частью на иностранцев, правда, ничего яркого нет, все в однотонном стиле. Зато сервис на высоте. Чистенькие полотенца, постели - их в обязательном порядке вместе с мылом и шампунем меняют каждый день, пусть даже ты спал поверх одеяла, и простыни остались девственно чистыми. В каждом номере, кроме мощного кондиционера, есть еще привычный нам старомодный вентилятор, торчащий из потолка. И спастись от духоты можно, только запустив и кондиционер и вентилятор на полную мощность.

При этом категорически не рекомендуется открывать окна. С улицы могут залететь москиты. Не то, чтобы они залетали толпами, но и парочки вполне хватит, чтобы перебить вам сон. От их укусов, в отличие от укусов комаров, не чешешься, но боль весьма ощутимая, хочешь - не хочешь - проснешься. Окна в отеле стоит еще закрывать потому, что оттуда в номер может заползти ящерица-круглоголовка. Животное, в общем-то, симпатичное, совсем не ядовитое, но кусачее. Уже на третий день ночью такое животное подло нападает на очаровательную девушку из Грузинского МИДа Майю и так цапает за палец, что до крови сдирает кусок кожи.

Обидчица весь день прячется за шкафом и только вечером выбирается оттуда, нахально помахивая хвостом. Майя и ее соседка по номеру - девушка из Еревана по имени Асмик - визжат и призывают нас с Дильшодом на помощь. Дильшод, настигнув ящерицу, оглушает ее тапочкой, а я подбираю животное и, пока оно не очухалось до такой степени, чтобы и меня цапнуть за палец, выбрасываю в окно.

Впрочем, круглоголовки ни когда мы живем вместе с Дильшодом, ни позже, когда я перебираюсь в одноместный люкс, нам больше не попадаются. Они достают только Майю. Может, потому, что та по образованию биолог, в институте распотрошила не один десяток лягушек, и теперь ящерицы просто хотят ей отомстить за своих дальних родственников?

А с закрытыми окнами спать лучше еще и потому, что сохраняется кондиционная прохлада и ветерок, который накручивает вентилятор. При такой духоте на улице настоящей катастрофой представляется отключение электричества. Кстати, это случается раза три-четыре в день - в связи с невероятной жарой в этом году реки Индии обмелели, и гидроэлектростанции не в состоянии обеспечить потребителей необходимым количеством электричества.

Впрочем, трагедии при этом не происходит. В отеле "Королевская резиденция" отсутствие света не превышает десяти секунд, специально сверял по часам. Только осознаешь тот факт, что в номере погас свет и соберешься сказать по этому поводу соответствующие слова, как светильники, кондиционер, вентилятор и прочие электроприборы вновь оживают.

Причина такой оперативности кроется на крыше гостиницы, где стоит небольшая дизельная установка, вырабатывающая электричество. На крыше постоянно находится обслуживающий персонал (там же, кстати, и спит под открытым небом), и вопрос быстроты появления в номерах электричества кроется только в том, сколько шагов надо пройти служащему, чтобы нажать кнопку.

Кстати, подобные дизельные установки, вырабатывающие электричество, в Индии, по крайней мере, в Дели, очень распространены. Размером с полхолодильника, обычно передвижные - на двух колесах и со скобой-ручкой, чтобы удобней было везти.

Нашим отечественным многоквартирным домам, не говоря уже об организациях, не лишне было бы перенять опыт индийцев и тоже обзавестись такими дизельными установками. Стоят они, судя по всему, недорого, а пользу, экономию и удобство в аварийных ситуациях приносят огромные.

Возвращаясь непосредственно к гостиничному номеру, хочу отметить, как в гостиницах столицы Индии оригинально решили вопрос экономии электричества. В отечественных отелях, к примеру, постоялец может оставить в номере включенными кондиционер, свет, телевизор, а также другие электроприборы и уйти гулять на весь день. Здесь такого не получится. Брелок к ключу от номера сам является ключом к включению электричества. Войдя в номер, вставляешь этот брелок в специальную коробочку у входа, и в номер начинает поступать электричество. Выходишь из номера, вытаскиваешь из коробочки ключ вместе с брелком, чтобы этот номер закрыть, и электричество опять отключается. Идея - гениальная, нашим отелям ее тоже можно взять на заметку.

КАРОЛ БАГХ - РАЙОН ГОСТИНИЦ И ТЕСНОТЫ

Наш отель находится в районе Карол Багх, где расположено большинство городских гостиниц. Действительно, гостиницы здесь попадаются на каждом шагу, на одной маленькой улочке метров в сорок длиной их может быть штуки четыре, а то и пять. При этом это, наверное, самый тесный район Дели. Дома в два, чаще три или четыре этажа, здесь стоят предельно плотно друг к другу. Улицы узкие, часто в восемь, а то и всего семь метров шириной. Загореть, гуляя по ним, невозможно, прямые солнечные лучи сюда практически не попадают.

Не встретишь здесь и извилистых улиц, все они прямые, как будто спроектированы по линейке. Впрочем, при столь высокой плотности налезающих друг на друга коробок домов по-другому и не получится.

Первые этажи домов, где нет гостиниц, превращены в многочисленные магазинчики. А над ними одна над другой громоздится огромное количество вывесок. Их не десятки, не сотни, а тысячи. Вывески, как здесь водится, разноцветные, яркие, и сразу не разберешь, какая из них относится к названию магазина, а какая указывает месторасположение соседнего супермаркета или рекламирует новый мотороллер.

И еще многие улицы поперек перетянуты совершенно невероятным количеством проводов и кабелей. На углах некоторых домов они собираются в фантастические по своим размерам клубки, даже не в клубки, а в многометровые гроздья спутанных в самом невероятном беспорядке сотен, а то и тысяч проводов. Как электрик обнаружит здесь обрыв, если таковой произойдет, представить просто невозможно. Но провода, наверняка, обрываются, и, наверняка, их чинят. Так что можно только восхититься виртуозности мастеров местной электросети.

В то же время, несмотря на столь достопримечательные особенности улиц, отличить их одну от другой практически невозможно. И вывесок, от которых рябит в глазах, на каждой несчитано, и гроздья проводов на углах домов похожи друг на друга, как сиамские близнецы. Так что здесь ничего не стоит заблудиться, отойдя всего с полсотни метров от отеля.

Урн в гостиничном районе нет, мусор на улицах кидают куда попало. А по утрам его собирают мусорщики-рикши на трехколесных велосипедах, снабженных деревянными ящиками, которые напоминают кузов грузовика.

Дома в Карол Багхе составляют между собой удивительный контраст. Поначалу не просто удивляет - шокирует разница между шикарными зданиями гостиниц и развалюхами, стоящими бок о бок с ними. К примеру, вид из нашего номера на трехэтажку, не внушает особого доверия. Маленький дворик увешан бельем, балконы завалены хламом. В одной из квартир окна не мыты, наверное, лет десять, одного стекла в окне вообще нет, оно задвинуто шкафом. И нигде не видно кондиционерных коробок, только под потолком лениво крутятся старомодные вентиляторы.

Впрочем, есть дома совсем облупившиеся, с торчащей арматурой демонтированных карнизов, а, может, даже и балконов. Остается только предположить, что их готовят к реконструкции или сносу, чтобы построить новую гостиницу.

На большинстве улиц Карол Багха не увидишь не только деревца - маленького кустика. Им просто негде здесь приткнуться. Владельцы отелей выкручиваются из этой ситуации оригинальным способом - ставят возле входа в гостиницу кадки с фикусами и прочей растительностью.

В то же время, как ни удивительно, в районе есть и вполне естественная зелень. Между домами часто можно увидеть обнесенные металлической оградой большие дворики, размерами метров пятьдесят на пятьдесят. Внутри них растут ухоженные деревья и кустарники, да и сами дворики на редкость ухожены, здесь не увидишь мусора, стоят удобные скамеечки. Дворики по ночам находятся на замке, но в светлое время суток в них можно увидеть местных граждан, которые нежатся в прохладе зелени или мирно спят на скамеечках. Как я понял, это зона отдыха жильцов ближайших домов.

Если чистым зеленым дворикам можно позавидовать, то остальной жизни Карол Багха - не очень. Гуляя по улицам этого района, неожиданно для себя осознаешь, что родной Ташкент - один из самых красивых, зеленых и чистых городов на свете.

СУМЫ И ТЕЛЕФОН

Так получается, что мы приезжаем в Индию без долларов - Дильшод дает их в долг товарищу, а я благополучно забываю вместе с часами и зубной щеткой на секретере. Возможно, оба столь легкомысленно относимся к американской валюте, потому что сразу по приезду рассчитываем получить подъемные. Но эта надежда тает, как утренняя дымка: в NIIT существует строгое правило выдавать деньги в конце недели.

Однако, так получилось, что и в карманах каждого из нас есть довольно приличная сумма в отечественной валюте. И мы отправляемся менять их на местные рупии в ближайший обменный пункт.

Бедолага-обменщик, как мы его замучили! Несколько раз приходили с портье и другими служащими гостиницы. Каждый раз обменщик рассматривал наши "пятисотки" на свет, отмечал красоту валюты, каждый раз долго звонил по телефону начальству в банк. И каждый раз возвращался к первоначально показанному нам списку подлежащих обмену валют. В этом списке на двух страничках их несколько десятков наименований. По логике здесь должны быть в первую очередь валюты соседних стран, в том числе и Центральной Азии, но... но российские рубли есть, а ни одной центральноазиатской валюты нет. И это весьма огорчительный факт. Значит, экономические связи с нашим регионом, развиты еще далеко не так, как могли бы.

Из ситуации мы, конечно, выкручиваемся - перехватываем у встреченного в гостинице земляка сотню рупий - чуть больше двух долларов. После чего сразу отправляемся на переговорный телефонный пункт - сообщать родным, что все в порядке.

Переговорный пункт сильно отличается от подобных пунктов, находящихся в Ташкенте. Маленькая комнатка, телефон на столе, и еще два телефона в будках. Код и номер набираешь сам. Аппарат вроде кассового выбивает что-то вроде чека, где указано время разговора.

Расценки написаны на приклеенном к будке листке, разговор с Ташкентом - 14 рупий за минуту. Дозваниваемся до нужных номеров только в третий раз - то не соединяет, то нет связи. А когда эта связь появляется, то с неприятным удивлением узнаешь, что она самого скверного качества. Слова до собеседника доходят только через несколько секунд, звук то пропадает, то исчезает. Одним словом, не переговоры, а сплошной смех.

Чтобы больше не мучиться, интересуюсь, можно ли здесь приобрести карточку на междугородние переговоры. Увы, это не США, и такого сервиса нет. Однако, другие участники программы прекрасно обходятся и без карточек. Это только мы с Дильшодом, как бедные родственники, ходим на переговорный пункт. Все остальные привезли с собой из дома сотовые телефоны, а в Дели приобрели местные симкарты. После чего переговоры с домашними превратились для них в нечто будничное, как будто они и не уезжали из родного города.

Симкарта стоит 10 долларов, причем 4 из них уже предназначены на оплату переговоров. Кончится лимит - новую симкарту покупать не надо, надо только заплатить за предполагаемое время переговоров.

Тем, кто собирается в Индию, не мешало бы взять на заметку телефонный опыт слушателей курсов NIIT - на мой взгляд, это самый удобный и дешевый способ поддерживать связь с домом.

ДОРОГИ ДЕЛИ НЕ ДЛЯ СЛАБОНЕРВНЫХ

Уже по дороге из аэропорта в Дели мы были буквально шокированы порядками на местных автотрассах. Машины соревнуются в скорости с многочисленными мотоциклистами, пролетают мимо друг друга, чуть не чиркая бортами. И мы с Дильшодом всерьез опасаемся, доедем ли до отеля живыми или нет.

Но сначала немного об автопарке Дели. Это автомобили самых разных марок. Есть и почти родные для нас "нексии" и "матизы". Правда, не нашего и не южнокорейского производства, а местного - Индия тоже освоила их выпуск. А при ближайшем рассмотрении можно увидеть, что они отличаются от наших - руль находится с правой стороны. Кстати, подавляющее большинство машин в Дели имеют руль с правой стороны. Но при этом соблюдается определенная демократичность - по улицам ездит много автомобилей и с привычным нам левосторонним управлением.

В качестве такси используются обычные легковушки, но я, честно говоря, такое такси видел только один раз, в аэропорту. Самое распространенное средство перевозки пассажиров в Дели - забавные трехколесные повозки на базе мотороллера. Позади водителя три места для не очень упитанных пассажиров, на металлический каркас натянут пластиковый тент. Раскраска традиционная - зеленый кузов и лимонная крыша. Варьируется цвет только на раме вокруг лобового стекла - она может быть лимонного, яичного или оранжевого цвета. В отношении этого у водителей полный выбор, только цвет во всех трех случаях остается предельно ярким.

Кстати, насчет раскраски автотранспорта в Индии. Приходилось много читать о том, что машины здесь настолько разукрашены всякими рисунками, что похожи на попугаев. В Дели я такого не увидел. Машины, как машины. Разве иногда на капоте увидишь небольшую свастику. От непривычки даже вздрогнешь, а потом вспомнишь, что свастика в Индии издавна считается хорошим знаком и должна защитить водителя от возможных дорожно-транспортных происшествий.

Для тех, кому недалеко и кто любит неторопливую езду (а по моим наблюдениям, - кому просто лень дойти пешком до дома) свои услуги предлагают велорикши. У них на вооружении трехколесный велосипед, к задней части рамы которого приварена небольшая повозочка на два человека. Есть еще один вариант кузова велорикши - для перевозки детей. Здесь уже позади вместо легкой повозки металлическая коробка с прочной дверью. Наверху, в багажной сетке - ранцы, внутри детишки.

Кстати, металлическая коробка в данном случае отнюдь не для того, чтобы детишки, не дай Бог, по дороге тихонько не сбежали, чтобы не идти в школу. Это безопасность, защита малышей от столкновения с другой машиной. Из этих же соображений у многих автобусов вдоль бортов на уровне окон приварены толстые, сантиметра в два-три, металлические полосы. От удара другой машины в борт автобуса, борт не выдержит, погнется, а вот такие мощные полосы вряд ли.

Что касается обычных велосипедов, мотороллеров и мотоциклов, то их, наверное, будет в два раза больше, чем их собратьев на четырех колесах. И все это автомобильное хозяйство, отчаянно гудя и позвякивая звонками, носится по узким, как водосточные трубы, улицам Карол Багха.

Так получилось, что живем мы в одной гостинице, а питаемся в другой. До нее идти, хотя и по трем улицам, но в общей сложности всего метров сто, если не меньше. Однако эти сто метров превращаются для непривычного человека в настоящий кошмар. О светофорах и пешеходных дорожках в Карол Багхе отродясь не слышали, со всех сторон, предпочитая середину дороги, навстречу друг другу мчится двух, трех и четырехколесная автотехника. Напоминаю, ширина дороги метров семь-восемь, по бокам этой дороги плотно припаркованы автомобили, тротуара нет. Для несчастного пешехода остается коридор метра в три, где он и должен пробираться, уворачиваясь от многочисленных авто, мото и педальных средств передвижения. Так что, отправляясь в ресторан, постояльцы на полном серьезе прикидывают, сшибут их сейчас или на обратном пути.

Нас всех сначала шокирует, что такое положение воспринимается всеми, как должное. Если бы подобное происходило в Ташкенте, то громогласные слова, которые в ярости произносили бы и водители, и пешеходы, заглушили бы вой всех клаксонов на свете. Здесь же все происходит молча, вежливо и буднично, любой затор рассасывается в рекордное время без шума и ругани.

И только спустя некоторое время понимаешь, что индийцы просто очень искусные водители. Как-то возле ресторана, где мы ужинаем, наблюдаем такую картину: по бокам дороги шириной в семь метров точно друг против друга припаркованы два джипа. Причем один из них стоит не вплотную к обочине, а чуть поодаль, потому что вдоль обочины выстроился ряд внушительных кадок с фикусами. Одним словом, между джипами такое мизерное расстояние, что в Ташкенте между ними рискнет проскочить только велосипедист. И тут на улице появляется третий джип. Наш отечественный водитель в таком случае начал бы истошно сигналить, вопить: "Какой козел так машины поставил?!" и прочим образом выражать свое недовольство. Делийский водитель не позволил себе ничего подобного. Он несколько секунд постоял, видимо, рассчитывая расстояние, и, не торопясь, проехал между машинами. Все, кто наблюдал эту сцену, чуть не поразевали рты, увидев, что борта джипа не коснулись своих собратьев и с той стороны, и с другой буквально в несколько миллиметров. Даже царапины не осталось.

Впрочем, если более внимательно приглядеться к автопарку Дели, выясняется, что большинство автотехники все-таки поцарапано и помято. Правда, слегка поцарапано, и слегка помято. Но это самые минимальные потери при столь каскадерских пируэтах, которые вытворяют индийские водители. Поэтому не удивительно, что на обочинах дорог, окунувшись в послеобеденную дрему, спокойно спят собаки. Они прекрасно знают, что их и водители объедут, и пешеходы, которые, тоже, кстати, асы в передвижении по улицам, на хвост не наступят.

Так что туристам, впервые попавшим в район Карол Багха, мой совет. Когда у вас возникнет впечатление, что из-за интенсивности и хаотичности движения дорогу никогда не перейти, ни в коем случае не скачите по ней, как зайцы - это не Ташкент, здесь так не принято. Просто возьмитесь за руки, закройте глаза и смело шагайте вперед. Уверяю, доберетесь до другой стороны дороги без всяких приключений. Уж такие здесь автотранспортные парадоксы.

СВЯЩЕННЫЕ СОБАКИ

Расхожая байка об Индии гласит о том, что священные коровы, которых здесь не едят и вообще не трогают, заполонили все улицы, мешают движению автотранспорта и т.д. Поэтому первым делом мне хочется поглазеть на такую замечательную, совершенно обнаглевшую корову. Однако в Карол Багхге даже следов этих животных обнаружить не удается. Зато с удивлением отмечаю, что на улицах полно бродячих собак. Причем, не каких-нибудь облезлых шавок, у которых живот от голода прилип к хребту, а сытых, ухоженных и ленивых.

Собаки никого не трогают, впрочем, как никто не трогает и их самих. Идет такая собака посреди улицы, ей истошно бибикает мотоциклист, но обленившееся животное только брезгливо фыркает в его сторону - "мол, не трамвай, объедешь". И объезжает, куда ему деться.

Так что поначалу думаешь, что что-то перепутал, и в Индии на самом деле священны не коровы, а собаки. Только потом становится понятна причина, почему собакам в Карол Багхе живется столь привольно. Ведь это район гостиниц, где разборчивые туристы оставляют на тарелках половину пищи. Объедков - море. И милосердные индийцы от души кормят ими братьев наших меньших. Недаром в то время, когда в отелях подходит к концу завтрак, обед или ужин, на улицах не увидишь ни одной собаки. Все они в этот момент, без сомнения, околачиваются на задворках ресторанных кухонь.

Правда, не все так в судьбе местных собак хорошо. У них наблюдается явный дефицит общения. Один раз с Дильшодом угощаем мясом одну из собак, треплем ее по загривку. После следующего ужина приносим еще мяса. Так собака только для приличия пробует один кусочек, а потом начинает скакать вокруг и ластиться, увязывается за нами следом, забыв о положенном ей на салфетку богатом угощении. Я глажу ее по загривку, собака радостно урчит и, кажется, сейчас лопнет от счастья.

Уж такие здесь порядки. Накормить-то животное - накормят до отвала, а вот, чтобы с ним посюсюкаться, как принято у нас, тут уж извините.

Раз уж зашел разговор о животном мире городов Индии, о котором существует много легенд, то расскажу немного о том, что я увидел в Дели.

Напротив гостиницы "Королевская резиденция" расположен классический двор для отдыха жителей. Правда, сейчас его, судя по подвезенному стройматериалу, собираются реконструировать и вместо скамеечек можно увидеть только голую землю и кучи мусора. Жители здесь не появляются, но дворик и без них кипит жизнью. Днем здесь шустрят симпатичные животные - размером с небольшую мышку, в черную полосочку, с пушистыми белыми хвостами. Биолог Майя сразу определяет, что это бурундучки.

А ближе к вечеру к бурундучкам присоединяется с десяток упитанных хрюшек, возглавляемых злющим кабаном. Кабан высматривает граждан, которые хотели бы покуситься на его семейство и угрожающе показывает сквозь прутья забора клыки. Семейство же в это время нежится в глубоких, заполненных просто чудной свинской грязью лужах. Иногда такая хрюшка перелазит через ограду на улицу, и тогда швейцар отеля пинками загоняет ее обратно. Откуда свиньи берутся на этой территории, и где их держат при столь плотной застройке района, для меня так и остается загадкой.

Один мой знакомый, очень известный орнитолог, провожая меня в Дели, утверждал, что попугаи там являются аналогом наших воробьев. Увы, видимо он просто забыл посмотреть на карте мира, на какой широте находится столица Индии. Ни одного попугая на территории Карол Багха мне так увидеть и не удалось. Зато воробьев здесь, абсолютно ничем не отличающихся от наших, сколько угодно.

Как ни удивительно, но скворцов майна на своей исторической родине значительно меньше, чем в Средней Азии. Бедолаги тяжело переносят местную жару - скачут, широко открыв клюв к лужам с водой, полностью игнорируя прохожих. Не удивительно, что 45 лет назад майна стала мигрировать на север, а сейчас уже подбирается к границам России. Как ни крути, а все-таки там попрохладней.

Есть здесь много голубей. Правда, у нас таких голубей обычно держат в голубятнях, а в Дели они сами по себе. Может, между местными и нашими голубями есть и мелкие отличия - лапки покраснее, горлышко позеленее. А так - один к одному.

Радуюсь, увидев в вышине орла. Низко летит, настоящая экзотика. Однако, биолог Майя приземляет меня жестким научным приговором: "ворона серая, городская". Как потом выясняется, здесь таких ворон хоть пруд пруди.

Что же касается священных коров, то встретить их приходится только за пределами Карол Багха, на дороге возле лесополосы. Парочка довольно симпатичных, но почему-то безрогих, с горбами на загривках, животных беззаботно щипала траву на распределительной полосе.

Неподалеку от них, на обочине дороги, удалось увидеть с десяток мартышек. Мартышки показались мне какими-то неухоженными, голодными и откровенно тоскующими. Видимо, они в этот момент сильно завидовали бродячим собакам, привольно живущим в гостиничном районе Карол Багх.

ПРОСТОРЫ ИНДИЙСКОЙ СТОЛИЦЫ

Карол Багх - один из многих десятков районов Дели. Каждый день автобусы доставляют слушателей курсов в Национальный институт информационных технологий, который находится в получасе быстрой езды, и за это время огромный мегаполис можно увидеть во всей красе.

Первое, что поражает, когда вырываешься из тесного и душного Карол Багха, это невероятные просторы города, совершенно фантастический всплеск зелени на его улицах. Во время первой поездки многие даже подумали, что мы поехали по кольцевой дороге - столь девственными и непроходимыми гляделись джунгли по обеим сторонам шоссе. А когда внимательно присмотришься, то в тех местах, где расступаются кроны деревьев, можно вдалеке увидеть верхушки многоэтажек. Это просто лесополосы, но лесополосы такой ширины, что в них запросто можно заблудиться и кружить целый день, пока не набредешь на дорогу.

Зелени в Дели - море. Это и уже упомянутые дикие лесополосы, и ухоженные парки и скверы. Застройка в большинстве районов, где мне приходится бывать, очень редкая, дома буквально утопают в листве деревьев и всплеске цветов. Есть улицы шириной в добрых две сотни метров. Там же, где дома стоят плотно, а плотность застройки компенсирует противоположная сторона дороги, вдоль которой проходит лесополоса. Хочешь погулять в лесу? Одна минута ходьбы от дома. И гуляй сколько хочешь, если, конечно, не боишься, что тебя за шлепанец цапнет какая-нибудь зловредная кобра.

Жилые дома в Дели красивы, большей частью выглядят, как игрушки. На крышах балконов часто можно увидеть кадки с цветущими растениями. Каждый раз нас, видимо, специально в институт и обратно везут новой дорогой, и каждый раз мы восхищаемся красотой индийской столицы.

Конечно, и в других районах Дели, как и в Карол Багхе, достаточно развалюх. Нередко попадаются лачуги бездомных. Обычно это что-то вроде двухместной палатки или навеса из плотного полиэтилена высотой метра в полтора. В некоторых местах есть и более основательные постройки из листов гофрированного металла, но такие же невысокие.

Как я понял, отношение в Дели к бездомным очень демократичное. Их жилища можно увидеть и вдоль заборов, и возле офисов, и в третьестепенных сквериках, образуемых под акведуками на развилках дорог. На таких сквериках бездомные нередко сооружают целые маленькие городки. Те же, у кого нет даже целлофана, чтобы соорудить себе навес от дождя, ночуют на газонах сквериков поприличнее. Мы отправляемся в институт очень рано и часто проезжаем один-другой такой скверик, где в этот момент видят сладкие или, скорее всего, не очень сладкие сны с полдюжины бездомных.

На те скверики, где стоят памятники историческим личностям или событиям, местные бомжи приходить ночевать, видимо, стесняются. Зато по утрам здесь спокойно занимаются физзарядкой граждане, наверняка имеющие крышу над головой.

Говорят, что в Дели имеются и целые районы весьма неблагоустроенных жилищ, где живут бедняки. Любители погулять по городу рассказывают шокирующие подробности, особо акцентируя внимание на совершенно ужасающих, на взгляд европейца, общественных туалетах под открытым небом. Но лично сам я этого не видел, поэтому утверждать что-то насчет того, ужасающие туалеты или не очень, не берусь. В Дели я видел больше красивого, чем мрачного.

Особо, что обращает на себя внимание в индийской столице, это памятники. Они сделаны и с любовью, и с редким художественным вкусом. Мне больше всего запоминается один из них - в виде длинного постамента, на котором цепочкой расположилось с дюжину фигур. Впереди с посохом в руках шагает Махатма Ганди, чуть позади - Индира Ганди, за ними - представители разных сословий.

Как-то я поспорил с одним художником, сделавшим набросок картины, где изображалась пляска цыган. Я предложил ему каждому танцору и зрителю придать характер, изобразить накал страстей. А то все персонажи просто равнодушно, как манекены, таращатся в пустоту. Но художник мой совет проигнорировал, так и выставил на Ташкентском "Арбате" картину с безликими фигурами.

В описываемой скульптурной группе таким ремесленничеством и близко не пахнет. Здесь как раз есть и характеры, и накалы страстей. Пусть Махатма Ганди худ и сутул, по скульптуре сразу видно: он согнут временем, а не духом. Вся его фигура просто пронизана силой убежденности и целеустремленности этого человека.

А в скульптуре Индиры Ганди чувствуется и восхищение, и одновременно некоторое удивление духовной мощи идущего впереди Махатмы Ганди. Ну, как не пойти за таким человеком?

Не менее художественно сделаны и другие фигуры. Кто, как богатей, сомневается, кто шагает вперед без колебаний. В арьергарде агитатор убеждает забитого, полулежащего на земле крестьянина идти вместе со всеми. И опять же эта сцена передана настолько ярко и художественно, как бывает только на полотнах самых выдающихся художников.

Большинство памятников Дели сделано именно в таком высокохудожественном стиле. Правда, есть и монументы с авангардистским оттенком. Как-то проезжаем небольшой скверик, посреди которого установлены две простеньких прямоугольных коробочки с пирамидками вместо шляпок. А вокруг коробочек с десяток прожекторов, чтобы граждане и ночью смогли наслаждаться зрелищем. Что должно символизировать это произведение монументального искусства, я так и не понял.

В просторных районах Дели впервые осознаешь, что автомобильное движение здесь левостороннее. Но на второстепенных трассах, где нет распределительных полос, это уже не так заметно. Водители здесь так же лихо, как в Карол Багхе, носятся, как угорелые, предпочитая середину дороги.

Дели - огромный город и, чтобы проехать его из одного конца в другой даже на очень хорошей скорости, понадобится, наверное, часа два. Это обстоятельство и объясняет тот факт, что водители здесь, как говорится, жмут на всю железку. Даже слоны с погонщиками на спинах бегут, как на пожар. А как иначе? Будешь бежать или ехать не торопясь, доберешься на работу только к обеду.

Особенно высоки скорости на больших дорогах. Переходя их, уже не стоит, как это можно сделать в Карол Багхе, зажмуривать глаза, надеясь на каскадерские качества местных водителей. При такой скорости несущихся по трассе автомобилей не стоит гадать, повезет тебе или нет. Поэтому сами индийцы скоростные трассы перебегают, скача, как кузнечики.

В Карол Багхе на самых оживленных перекрестках роль светофоров выполняют полицейские-регулировщики, вооруженные толстыми и длинными бамбуковыми палками, которыми очень удобно показывать направление движения и, если понадобится, треснуть по спине нахального нарушителя. В других районах Дели светофоры есть, я даже как-то видел пешеходную дорожку. Но все эти атрибуты безопасности движения здесь редки, как белые носороги из Красной книги. Поэтому пешеход при переходе скоростных трасс должен быть бдителен и готов ко всему. Даже бродячим собакам - их, оказывается, и в других районах города тоже полным полно - приходится изворачиваться. И самые неповоротливые из них скачут на трех лапах, поджав четвертую, которую отдавило автомобильное колесо. Здесь таких "трехногих" собак множество.

Что же касается священных коров, то они в городе имеются в достаточном количестве и, действительно, гуляют там, где им заблагорассудится. Иное дело, что коров не так много, как можно было бы себе представить. И предпочитают они больше зеленые зоны, где много травы и мало шума.

В то же время коровы нередко забредают и в оживленные кварталы города. Могут в одиночку, а могут и целым стадом в пять-шесть голов, возглавляемых красавцем быком. Быки, кстати, тоже являются священными, разницу между ними и местными буренками здесь не делают, это так только говорят: "священные коровы".

При этом надо сказать, что если коровам и быкам живется более, чем привольно, то их ближайшим сородичам - буйволам не повезло. К священным эти животные здесь не относятся, поэтому их запрягают парами в повозки и заставляют перевозить всякие тяжести.

На улицах Дели

Но вернемся к автомобильному движению в Дели. Дорожно-транспортные происшествия здесь, как ни удивительно, случаются не так часто. Так, слегка поцарапались, разбили бампер, наехали зазевавшейся собаке на ногу. Водители здесь все-таки асы высшей категории. И виртуозность местных водителей, обладающих мгновенной реакцией, на мой взгляд, объясняется наличием в городе шатающихся где ни попадя священных коров. Водители все время ожидают, что посреди дороги в самый неподходящий момент появится невозмутимое и нахальное животное, задавить которое большой грех, и постоянно готовы к самому отчаянному маневру.

Кстати, шатающиеся везде коровы вряд ли ходят по своей естественной надобности в туалет. Гадят, где попало, тут и думать нечего. Это объясняет тот факт, почему на улицах Дели практически не увидеть урн, и народ бросает сигаретные окурки и пакетики от чипсов, где попало. Все равно по утрам за коровами убирать, так почему бы еще заодно не подобрать несколько бумажек и огрызков?

Одним словом, Дели очень необычный для нас город. И просторный, и тесный, и богатый, и бедный одновременно. Хочется верить, что ведущееся во многих местах строительство сделает его в ближайшем будущем только просторным и богатым. Ну и, разумеется, еще более красивым, чем сейчас.

NIIT - ЦЕНТР СОДЕЙСТВИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯМ

Каждый день, кроме субботы и воскресенья, я приезжаю в NIIT - Национальный институт информационных технологий. Расположился он в нарядном трехэтажном здании, в вестибюле которого посетителей встречает небольшая золоченная фигура какой-то буддийской богини.

Возле подобных фигур положено зажигать палочки с благовониями, но это - институт, занимающийся информационными технологиями. И здесь максимально рационализировали задачу - вместо благовоний возле богини постоянно горит красная лампочка.

NIIT - организация очень авторитетная и известная. Ее рекламу каждый день даже демонстрируют по местному телевидению. И это не удивительно. Национальный институт информационных технологий - один из крупнейших поставщиков услуг по управлению процессами бизнеса. Вот уже в течение более двух десятилетий он работает в содружестве не только с корпорациями Индии, но и - США, Европы, Японии и Азиатско-Тихоокеанского региона.

Для многих может быть не совсем понятен смысл словосочетания "поставщик услуг по управлению процессами бизнеса". Попробую объяснить, что это такое.

Мне пришлось написать не об одном десятке предприятий, которые, как говорится, чадили на ладан, но были выведены в передовые благодаря приходу новых инициативных руководителей. При этом все они поднимали отстающее производство примерно по одной схеме: наводили порядок в кадрах, искали нишу на рынке, находили выгодных поставщиков сырья и не менее выгодный сбыт продукции, приобретали новое оборудование и т.д. и т.п. Одним словом, в предпринимательстве существуют определенные шаблоны, следуя которым можно гарантированно достичь успеха.

Вот такие шаблоны и нашли в NIIT, переложили их на компьютерные программы. Конечно, в каждом отдельном случае разрабатывается индивидуальная схема подъема предприятия. Для этого в компьютер вводятся требуемые исходные данные, прогоняются через подходящий шаблон, и в результате получается готовое решение всех проблем.

При этом также учитываются и пожелания заказчика. Он может попросить только сделать максимально рациональной работу своего предприятия, а может, наоборот, настаивать на полной модернизации. Или заказать и то, и другое вместе. А также при желании ставить вопрос об интеграции своего бизнеса. Впрочем, что лучше всего делать предпринимателю, подскажут именно технологии NIIT. А предпринимателю уже выбирать, на чем именно остановиться. У NIIT нет проблем с клиентами. Заказчиками института являются предприятия, находящиеся в 14 странах мира.

Причины успеха технологий NIIT, зарабатывающего в год более 120 миллионов долларов, предельно просты. Промышленность в наши дни развивается очень динамично, у нее практически нет географических границ, филиалы компании часто разбросаны по разным уголкам земного шара. В результате нередко получается так, что руководство компаний просто не в состоянии оптимально использовать все свои ресурсы и, соответственно, получать максимальную выгоду. Им часто мешает излишне раздутый штат, ненужное оборудование или производство, отсутствие прогнозирования рынка и многие другие факторы.

Все эти проблемы вполне по силам решить технологиям NIIT. К примеру, филиал компании "Сингапурские авиалинии" не смог самостоятельно обеспечить обработку грузов на мировом уровне. Тогда его руководство обратилось в NIIT. В итоге мировой уровень был достигнут и, следовательно, открылась широкая дорога для получения авиационным филиалом значительно большей прибыли, чем раньше.

Не меньше проблем, чем у крупных компаний, у представителей малого и среднего бизнеса. Высокая конкуренция на рынке вынуждает предприятия этого сектора постоянно рационализировать и упрощать все свои операции. Только так можно уменьшить затраты и увеличить эффективность предпринимательской деятельности.

В то же время у фирм, представляющих малый и средний бизнес, как правило, очень небольшой штат. И он, тоже, как правило, не в состоянии посвятить время на тщательный анализ ситуации, имеет на нее взгляд, как выражаются специалисты института, "из коробочки". Таким предприятиям просто жизненно необходимы технологии NIIT, которые как раз помогут максимально рационализировать все бизнес-процессы, реагировать на колебания рынка в течение самого короткого времени.

При этом, конечно, Национальный институт информационных технологий, прежде чем предлагать компьютерные рекомендации другим, сам всерьез подошел к организации своей собственной работы. Подобрал команду высококвалифицированных и опытных разработчиков программного обеспечения. Ввел в принцип своей работы две ключевых ценности: новшество и доверие. Обеспечил полный информационный сервис при выполнении проекта. (К примеру, идет еще только разработка изделия, а уже в процесс вовлекаются поставщики сырья, партнеры и оптовые покупатели). Подобрал группу не менее высококвалифицированных, чем компьютерщики, бизнес-консультантов. Консультанты тщательно следят за выполнением проекта до тех пор, пока информационные прогнозы по повышению рентабельности бизнеса заказчика не превратятся в реальность. А при желании этого заказчика могут контролировать работу его предприятия и дальше.

Таким образом, NIIT тоже работает по определенному шаблону, и этот шаблон привел команду института к большим достижениям. Достаточно сказать, что технологии NIIT в состоянии "вытянуть" предприятие, попавшее в самую критическую ситуацию.

При этом надо подчеркнуть, что технологии института распространяются не только на классическое производство товара. Специалисты NIIT занимаются также повышением эффективности работы банков, страховых компаний и технологических процессов, решают проблемы организаций, занимающихся розничной продажей, оказывающих медицинские и, как уже упоминалось выше, транспортные услуги. Специальные решения есть даже для таких сложных отраслей, как электроника, микроэлектроника и высокотехнологичное производство.

ПРИЛИПЧИВЫЕ ПРОДАВЦЫ

Прогулка по улицам Карол Багха сопряжена не только с необходимостью уворачиваться от автомобилей и мотороллеров. Ее отравляет еще огромное количество местных граждан, которые наперебой спешат предложить тебе свои товары и услуги.

С утра вдоль улиц, которые пошире полутора десятков метров, возникает интенсивная торговля. Появляются "вертушки" с навешанными на них сотнями маечек и рубашек; тележки, груженые множеством чемоданов и сумок; лотки с тысячами браслетов и уйма прочего товара. Но стоит вам подойти только к одной "вертушке" и прицениться к маечке, как вы пропали. Тут же, как из-под земли, вынырнет продавец брючными ремнями и будет вам сватать свой товар вроде бы за полцены, но на самом деле втридорога. К примеру, просить 250 рупий и, чуть не плача, уступать за 200, ничуть не совестясь тем, что красная цена такому ремню из кожзаменителя - тридцатка. Вы будете говорить продавцу "ноу", "икскьюз ми", "сорри", но он прилипнет, как банный лист, и будет тащиться за вами целую улицу.

По дороге ему обязательно составит конкуренцию еще один продавец ремней, и юный продавец географических карт, сватающий карту Индии и мира. И вы опять будете долго говорить продавцу карт "ноу", "икскьюз ми" и "сорри".

Продавцу географических карт обязательно составит компанию еще более юный чистильщик обуви, экипированный портативной коробкой с ваксами и щетками. Хотя вы будете в новеньких шлепках, которые никогда не чистят, а только моют, не сомневайтесь - юное существо своим занудством вымотает вам всю душу.

С одной стороны, подобную прилипчивость можно было бы объяснить языковым барьером. Торговцы идут за иностранцем, чтобы растолковать, насколько выгодно их торговое предложение, вот и все. Однако такую версию полностью развеивает один водитель мотто-такси, который неплохо знает русский язык. Мы с Дильшодом ему честно сказали, что у нас в кармане нет ни рупий, ни долларов, даже подробно разъяснили по какой причине. Но водитель, прекрасно нас понявший, все равно шел за нами сотни три метров в одну сторону улицы, а потом еще столько же в другую и убеждал, что всего за 20 рупий отвезет нас на один замечательный базар, где "все очень дешево". И все это происходило в присутствии неустанного эскорта продавцов ремней, карт, платков, носков, вертолетиков и прочего барахла.

Впрочем, на улицах Карол Багха так, наверное, и должно быть. Это район гостиниц, где останавливаются богатые иностранные туристы. И возле "вертушек" очень мало индийцев - цены здесь слишком высокие для местного потребителя. А раз так, то любой заезжий простак - единственный клиент, на котором можно заработать, и его нужно трясти, как грушу.

Еще более прилипчивы граждане, которые предлагают услуги проводников. Это, как правило, совершенно темные личности. Как-то один раз я нарвался на такую. Выхожу под вечер из отеля, чтобы съездить в лавку за сигаретами. На стоянке мотто-такси, как назло, машин нет. Зато есть постоянно ошивающийся здесь гражданин, который знает пару слов по-русски. Он узнает, что мне нужны сигареты и тут же предлагает отвезти в табачную лавку, где "все очень дешево". Я думаю, что он сам водитель, раз постоянно торчит на стоянке, однако темная личность подгоняет велорикшу и предлагает устраиваться вместе с ним на пассажирском сиденье.

От услуг личности можно было бы тут же и отказаться, но любопытство берет верх. В Ташкенте, к примеру, на рынках орудует категория граждан, называемых "сайгаками". Своего товара у "сайгаков" нет, у них есть только редкая наглость и напористость. Заметив, допустим, что вы прицениваетесь к кожаной куртке, "сайгак" тут же бросается к вам, утверждая, что продаст куртку гораздо дешевле. И действительно, тащит вас к прилавку, где куртки стоят намного меньше, чем там, где вы только что были. Секрет аферы прост: продавец просит за куртку 120 долларов, но при торге отдаст за 80. Однако, если клиента привел "сайгак", будет стоять насмерть на 110, потому что разницу в 30 долларов должен отдать "сайгаку". Но это в Ташкенте. А как, интересно, в Дели?

Поездка в компании темной личности длится долго и нудно - оба мы весим довольно прилично, и несчастному рикше на подъемах приходится слазить с сиденья и тащить велосипед за собой. Я потом специально проверял по часам - если бы мы пошли пешком, то до табачной лавки добрались бы гораздо быстрее. По дороге я расспрашиваю личность об особенностях местной жизни, но познания личности в русском языке оказываются ограничены лексиконом, направленным на отлов заезжих простаков. Получив немногочисленный набор слов вместо ожидаемой информации, я, наконец, вижу, что мы подъехали к табачной лавке. Пока я про запас покупаю несколько десятков маленьких пачек сигарет, темная личность индифферентно сидит в кузове. И только на обратном пути выдает цель своей операции - сообщает, что хочет выпить и просит деньги на бутылку местного пойла, которое стоит 45 рупий. Я специально для такого случая приготовил купюру в 50 рупий, которую тут же без всяких споров протягиваю темной личности. Личность исчезает за углом и тут же возвращается с плоской бутылочкой, которую надежно прячет за пояс. В гости, чтобы выпить на пару, не приглашает, сдачу в пять рупий отдать забывает. А за двадцать метров до гостиницы спрыгивает на ходу и, буркнув "до свиданья", быстро исчезает. Как я понял, чтобы не присутствовать при моем расчете с велорикшей, с которым, как он врал, обо всем договорился. Одним словом, - ничего оригинального, я, честно говоря, даже разочаровался.

В то же время, не надо думать, что в Карол Багхе собрались одни ловкачи, голубая мечта которых - покруче развести очередного лопуха-туриста. Как-то я зашел в маленькое ателье рядом с отелем с просьбой продать иголку и катушку черных ниток. Молодые портные, работающие здесь, попросили 10 рупий, я, поднаторевший в особенностях местной торговли, приложил к черной катушке еще катушку белых ниток и согласился. Согласились и портные. Однако, в тот момент, когда я передавал деньги, появилась хозяйка ателье. Узнала в чем дело, пожурила своих подчиненных и запретила с меня брать деньги. Подарок и все.

Так что среди людей везде есть и плохие, и хорошие. Что же касается каролбагхских ловкачей, зарабатывающих на туристах, то... то каждый живет так, как может.

ШАГИ К МЕЖДУНАРОДНОМУ ЛИДЕРСТВУ

Продолжу свой рассказ о NIIT - Национальном институте информационных технологий. Он также занимается организацией обучающих программ. В одну из таких программ по совершенствованию английского языка я и попал. Однако английского-то я не знал вовсе. Слушать лекции на языке, которого не понимаешь, это все равно, что слепому ходить в Третьяковскую галерею.

Мало того, выяснилось, что и среди персонала института нет ни одного человека, который знал бы хотя бы пару слов на русском. От досады я даже вспоминаю испанский язык, хотя не говорил на нем уж лет двадцать. Но и испанского языка здесь тоже никто не знает.

Самым умным для меня в этом случае было бы отправиться в аэропорт, сесть на ближайший рейс и вернуться домой. Но... но не хотелось такой демонстрацией обижать индийцев. А потом, для журналиста побывать в Индии и ничего не написать - равносильно полной профессиональной дисквалификации.

Так что приходилось мне прибегать к помощи русскоязычных слушателей, используя их в качестве переводчиков. Сотрудники института оказались на редкость покладистыми людьми. Узнав мою ситуацию, они начинают искать преподавателя на русском языке. Чтобы не создавать этим симпатичным людям лишних проблем, предлагаю свой вариант: мне на учебный компьютер ставят русскую версию и клавиатуру, а я, никому не мешая, пишу серию репортажей об Индии.

Координатор проекта мистер Викас - высокий индиец с кавалерийскими усами - охотно соглашается. На компьютер в одной из аудиторий ставят нужную мне версию и клеят русские буковки. В итоге во время занятий все совершенствуют свой английский, а я стучу в редакцию свои материалы.

К чему я так все подробно описываю? Просто хочу объяснить, что информацию, которую я, к примеру, в достаточном количестве получал в США, в Индии мне взять было неоткуда. Не мог же я все время в качестве переводчиков привлекать своих сокурсников. Они все люди серьезные, приехали сюда учиться, а не тратить время на влипнувшего в глупую ситуацию ташкентского журналиста. Так что заранее прошу извинения у читателей за скудность, а, может быть, и неточность некоторых данных и выводов.

Но вернемся к обучающим программам NIIT. Их достаточно много. Причем, программы очень серьезные и масштабные, можно сказать, революционного характера.

В качестве примера можно привести внедрение компьютерного образования в штате Картанак. Проект охватил 700 государственных школ, был выполнен в рекордное время и с самой высокой оценкой местных властей.

Но это было только начало стратегической программы института. В NIIT (наверняка не без помощи своих информационных технологий) безошибочно определили, что компьютерную революцию в Индии надо начинать с молодежи. В результате соответствующие проекты стали осуществляться и в других штатах. И сейчас компьютерным образованием охвачено уже 90 тысяч учеников в 2000 правительственных школах. И это, не считая частных школ, где тоже внедряются программы института.

Кстати, те, кто хорошо учится компьютерной грамоте, имеют все шансы попасть на учебу, а затем и на работу в NIIT. И тогда можно сказать, что им крупно повезло. К своим сотрудникам в институте относятся тоже в соответствии с рекомендациями передовых информационных технологий. Здесь при добросовестной работе сотрудника гарантируют не только быстрое продвижение по служебной лестнице и такой же быстрый рост и так очень высокой зарплаты. Это еще и постоянная забота о коллективе. В NIIT существует целая программа, определяющая и обеспечивающая личные потребности каждого сотрудника.

Но это все то, что касается непосредственно жителей Индии. Я же попал в обучающую программу международного характера. Кроме представителей СНГ, в качестве слушателей сюда приехали люди, в основном, молодежь, из разных уголков мира: Кубы, Таиланда, Вьетнама, Болгарии, Мадагаскара, Ирака, Афганистана и множества других стран.

Международных программ в институте несколько, в основном все они сводятся к совершенствованию английского языка и изучению компьютерных хитростей. И само обучение, и проживание в прекрасных отелях, и авиабилеты, и питание, и дорогостоящие экскурсии - все оплачивает исключительно индийская сторона. Ни слушателям, ни государствам, которые они представляют, это не стоит ни цента.

Здесь возникает законный вопрос: а почему Индия, сама испытывающая многие проблемы, тратит столь много средств на бесплатное обучение иностранцев?

По этому поводу мне еще в Ташкенте пришлось выслушать много версий, иногда самого фантастического характера. В тоже время ответ предельно простой. Среди развивающихся стран, которые идут по капиталистическому пути развития, Индия - самая большая по численности населения. С начала получения независимости здесь ни разу не было глобальных политических катаклизмов, которые бы серьезно помешали стабильному росту экономических показателей. Все это дает Индии право или, по крайней мере, возможность претендовать на лидерство среди государств так называемого третьего мира.

А любое лидерство, в свою очередь, предполагает определенный расход средств на практическую пропаганду своих достижений. В связи с этим еще в 1964 году была принята государственная Индийская техническая и экономическая программа сотрудничества ( ITEC ), которая в настоящее время охватывает 156 стран Азии, Восточной Европы и Латинской Америки. Экономический смысл программы такой: сначала бесплатно поделиться своим передовым опытом, более подходящим для развивающихся стран, чем западный, а затем с выгодой для себя экспортировать обеспечивающие внедрение этого опыта технологии и оборудование. Об экспорте, правда, нигде прямо не говорится, но в Индии живут далеко не простаки, и хорошо умеют считать деньги.

Расскажу о программе ITEC немного подробнее, она стоит этого. Программа включает в себя пять направлений. Кроме обучения представителей развивающихся стран, это еще осуществление консультационных проектов, выезд индийских экспертов за границу, проведение исследований и помощь при стихийных бедствиях.

Одно из наиболее перспективных направлений - консультационные проекты. Это, как правило, строительство или оборудование каких либо объектов в развивающихся странах. Только недавно были осуществлены такие проекты, как строительство больницы в Афганистане и школ на Мальдивских островах, конструирование моста в Гайане, использование сельхозтехники в Ираке, оборудование заводов по производству молока в Киргизии. А сейчас уже начата работа по множеству других, самых разнообразных проектов - от компьютеризации офиса премьер-министра Сенегала до строительства заводов по производству солнечных коллекторов на Кубе и в Коста-Рике. Есть среди них и проект по изготовлению протезов для инвалидов.

Какой экономический прок от этих проектов Индии? Объясню на конкретном примере. Допустим, какие-то хозяйства Ирака получили от Индии сельхозтехнику, успешно испытали ее на практике. Спрашивается: где впредь Ирак будет закупать эту сельхозтехнику? Индийская и работает неплохо, и местные специалисты для ее обслуживания уже есть, и стоит недорого. А Бог его знает, что за машины можно купить в других странах, да еще по более высокой цене. Естественно, что у индийских производителей сельхозмашин после осуществления проекта появляются более высокие шансы для заключения контрактов в Ираке, чем у их конкурентов.

Не менее перспективно и направление, касающееся выездов индийских экспертов за границу. В развивающихся странах особенно востребован опыт Индии в области организации производства на предприятиях малого и среднего бизнеса, в сельском хозяйстве и управлении финансами. Поэтому только за последние два года потребность в индийских экспертах возросла вдвое. И такая бесплатная работа экспертов тоже экономически выгодна индийской стороне. Ведь эксперт в итоге, как правило, предложит приобрести оборудование и технологии производства именно Индии.

При этом надо отметить, что сотрудничество Индии с развивающимися странами, несомненно, взаимовыгодно. Ведь этим странам, учитывая их финансовые проблемы и невысокую грамотность населения, действительно, больше подходит дешевая и простая в обслуживании индийская техника, чем дорогие и сложные аналоги западного производства. А, значит, остановив свой выбор на Индии, как на партнере, развивающееся государство сможет быстрее добиться экономического роста.

Но вернемся к обучающим программам. Это направление ITEC считается наиболее успешным. Ежегодно на него тратится около сорока процентов всего ежегодного бюджета Индийской технической и экономической программы сотрудничества.

Обучающие программы в свою очередь делятся на военные и гражданские. Военные программы определяют подготовку и стажировку офицеров из развивающихся стран в таких авторитетных специализированных учебных заведениях Индии, как Колледж национальной обороны. Но их по сравнению с гражданскими программами не так много. В гражданских программах задействованы несколько десятков институтов Индии, на которых только в этом финансовом году стажировку пройдут 3.400 слушателей. В общей сложности организовано 206 курсов самого различного направления. Это и информационные технологии, и парламентские исследования, и сельское хозяйство, и управление банками, и ремонт телекоммуникационного оборудования, и развитие малого бизнеса - все просто трудно перечислить.

Что же касается Национального института информационных технологий, то в государственной программе ITEC он принимает участие только восемь лет. Однако уже достиг в этом направлении больших успехов. В первую неделю, когда в NIIT не знают, что со мной делать, меня, как в игре в подкидного дурака, перекидывают из одной группы в другую. И я имею прекрасную возможность познакомиться с работой разных преподавателей, точнее, преподавательниц, потому что все они - молодые и красивые женщины. И у всех есть такие замечательные качества, как прекрасное владение английским языком, уверенность в себе, умение увлечь аудиторию, сделать занятие интересным для всех (разумеется, тех, кто хоть немного знает английский), чувство юмора. Одна из преподавательниц даже предлагает, чтобы все опоздавшие с кофе-брейка обязательно спели какую-нибудь песню. И в аудитории после этого нередко звучат песни, исполняемые на самых разных языках.

Короче говоря, на занятиях постоянно присутствует непринужденная атмосфера. В результате уже двух недель такого обучения многие слушатели признаются, что даже думать начали по-английски.

Толк от курсов есть, с этим никто не спорит. А вот какой толк, прежде всего экономический, от обучающих программ индийской стороне?

Здесь ответ тоже простой. Среди нашего потока, насчитывающего больше ста человек, подавляющее большинство - государственные служащие. Причем, раз их отобрали для поездки в Индию, наиболее перспективные для карьерного роста. Все они имеют реальные шансы в будущем занять в своих министерствах и ведомствах руководящие должности. И не исключено, что именно от людей, занимающих эти должности, будет зависеть какие технологии и оборудование приобрести за рубежом.

Вот тут бывший стажер NIIT и может вспомнить об Индии, о ее мощной промышленности, недорогой и надежной технике. Так что и в этом случае индийские производители получают преимущество перед своими конкурентами из других стран.

Одним словом, прежде чем получить чужие деньги, надо прежде вложить свои. И рассчитывать не на сиюминутную выгоду, а на стабильный доход в будущем. Это прекрасно понимают в Индии.

«ЧЕРНЫЙ МАЛЬЧИК» - КОШМАР ТУРИСТОВ

Если продавцы-прилипалы в Карол Багхе просто выматывают вам душу, то попрошайки пьют кровь целыми литрами. Они прилипчивы уже не как банный лист, а, по крайней мере, как бумага для ловли мух.

На улицах Дели можно увидеть совершенно удивительную публику. Босого бородатого гражданина, по виду которого сразу определяешь, что это представитель славной когорты йогов. Или деда в хламиде из выцветшей мешковины с боевым мечом за спиной. Публика эта одета крайне бедно, но твердо идет своей дорогой, не обращая никакого внимания на иностранцев. Попрошайки, как правило, совсем другого рода. На второй день пребывания в Дели нас удивляет молодая женщина с ребенком на руках. Женщина одета очень прилично: чистое отглаженное сари и платок, такие же не внушающие никаких подозрений туфли на ногах. Ребенок тоже чист и опрятен. Но дамочка, завидев нас с Дильшодом, тут же протягивает руку, прося подаяния.

Мы, может, и дали бы чего от неожиданности, что увидели столь приличную нищенку, да нечего. Но дамочка не уходит, сначала идет за нами с сотню метров, хотя ей конкретно сказали "Икскьюз ми, ноу долларс, ноу рупиис, иди-ка ты, красавица, туда-то и растуда-то", а потом еще минут пятнадцать стоит возле нас, тряся маленькой блестящей чашечкой, пока мы не предпочитаем скрыться в дверях отеля.

Как-то наш автобус минут на двадцать задержался на стоянке в Карол Багхе. Так все эти двадцать минут пятилетняя девочка настойчиво "выбивала" из пассажиров деньги. Сначала требовала криками, держась за подол матери, потом зло и по-деловому оттолкнула мать - мол, не мешай - и стала колотить кулачками в борт автобуса. При этом, отмечу, девочка, ее мать и пришедшая потом на помощь сестра лет восьми опять же были вполне прилично одеты, во всем чистом и, если не отутюженном, то по крайне мере не мятом.

Настойчивость каролбагхских попрошаек просто поразительна. Если ты идешь быстрым шагом, то дамочка или ее сопливое дитя будут бежать следом и слегка, но требовательно постукивать тебя по локтю. Если сидишь в автобусе, то, чтобы тебя достать, применяется длинная тряпочка. Ей тебя тоже похлопывают по выставленному в открытое окно локтю, а, если зазеваешься, могут смазать и по носу.

Обычно мамаша стоит поодаль, наблюдая какие чудеса вымогательства проявляет их чадо. Но часто пиратствуют и вдвоем. Здесь уже идет выбивание денег самыми изощренными методами. Мамаши заставляют своих детишек целовать иностранцам туфли, а, если дите грудное, то переворачивают его вверх ногами и прикладывают губами к туристским штиблетам. С непривычки тут растеряется любой заезжий простак.

В районе гостиницы "Метро сити", где я теперь живу, орудует компашка в три-четыре дамочки, вооруженная соответствующим набором детишек и блестящих чашечек. Недельки через две компашка, чувствуя, что денег у меня действительно нет, уже не особенно домогается моей персоны. Дамочки даже здороваются и уже больше по привычке, чем в надежде что-то с меня получить, трясут передо мной своими чашечками. Но как-то я возвращаюсь с обеда, держа в руках пластиковый стаканчик, накрытый салфеткой. Заметив это, самая молодая дамочка, можно сказать, девица, что-то обсуждавшая до этого со своими товарками, бросается ко мне, как голодная собака, которая углядела бесхозный кусок мяса. Я слегка ускоряю шаг, надеясь на то, что между нами пролег перекресток, буквально забитый несущимся во все стороны транспортом, и я успею вовремя добраться до дверей отеля. Но не тут то было. Девица перебегает перекресток по диагонали, напоминая в этот момент юную ведьмочку, которая колдовским способом ухитрилась воспарить над братоубийственной автотехникой, и оказывается возле дверей раньше, чем я.

- Ноу рупийс, ноу.., - начинаю я обычную песенку, но девица нетерпеливо машет рукой и тычет пальцем в стаканчик.

- Тебе это надо? - раздраженно спрашиваю я, снимая со стаканчика салфетку и демонстрируя набор к чаю: ломтики лимона и несколько маленьких кусочков сахара.

- Надо! - неожиданно по-русски и без всякого акцента повторяет девица.

И, заполучив добычу, ретируется. Из окна отеля я смотрю, что она будет делать дальше. Девица глядит на содержимое трофейного стаканчика и в задумчивости чешет платок. Зачем ей лимоны, она и сама не знает. Главное - выцыганила, а там видно будет.

В городе нередко приходится видеть бездомных детишек, грязных и оборванных, которые тоже просят милостыню у иностранцев. Но просят ненастойчиво и неуверенно, одним словом, непрофессионально. Здесь же, в Карол Багхе, профессионализм самой высокой марки. Профессионализм, к которому примешивается и нечто спортивное.

Особенно нас достает мальчик лет семи. Он обычно одет в одни шортики, опять же достаточно приличные и чистые, а лицо и тело такого темно-гуталинового цвета, что Дильшод сразу дает ему прозвище - "Черный мальчик". Черный мальчик становится для нас настоящим кошмаром. Появляется, как из-под земли, путается под ногами, канючит, то и дело пытаясь обнять шлепанцы или кроссовки, и достает до самых печенок. Если я останавливаюсь покурить возле дверей гостиницы, Дильшод вполголоса говорит: "Пошли быстрее, сейчас появится Черный мальчик", и желание курить сразу куда-то пропадает.

Через несколько дней после нашего приезда начинается праздник ремесленников. По узкой каролбагхской дороге, вытянувшись в нескончаемую цепочку, катят грузовики и импровизированные автомобильные платформы. В грузовиках веселятся индийцы, являющиеся, видимо, удачливыми ремесленниками, а на авто-платформах расположились красивые и со вкусом сделанные композиции и фигуры богов. Все увито цветами и разноцветными световыми гирляндами, иногда световые гирлянды, каждая часть которой представляет из себя что-то вроде уличного фонаря, несут на плечах целые подразделения в опереточной гвардейской форме. А за гвардейцами, чтоб подавать в фонари электричество, следует тыловое подразделение - один-два индийца в гражданской форме, толкающие перед собой отчаянно тарахтящие передвижные дизельные установки.

На зрелище собралась целая толпа ребятишек - по возрасту и внешности мало чем отличающаяся от Черного мальчика. Вначале мы с Дильшодом опасаемся, что ребятишки начнут к нам приставать, но быстро убеждаемся, что тем до иностранцев нет никакого дела.

Праздничная автомобильная кавалькада на время останавливается, на одной из платформ веселый усатый индиец раздает всем желающим фрукты и сладости. Ушлый Дильшод тут же перехватывает горсть каких-то хлопьев и банан. Хлопья мы съедаем, а банан предлагаем стоящим рядом детишкам. И, сразу видно, что детишкам наш жест не очень приходится по вкусу. Мы трижды суем банан ближайшему к нам мальчишке и тот трижды с оскорбленным видом отказывается. И только тогда, когда Дильшод почистил банан, мальчишка понял, что это просто от души, и подарок принял. А я понял другое. Видимо, здесь существует что-то вроде особой касты попрошаек. И все остальные дети, которые, по крайней мере, имеют кров над головой, брезгуют иметь с ней что-то общее.

НЕ ПЕЙ, КОЗЛЕНОЧКОМ СТАНЕШЬ!

В Ташкенте мне пришлось выслушать много баек об Индии. Одна из них касалась водопроводной воды. Мол, воды очень мало, с ней постоянные перебои, будешь все время ходить грязным и нестиранным.

Не знаю как в других регионах Индии, но в Дели воды сколько угодно. В отелях, где я жил, никогда не было перебоев ни с горячей, ни с холодной водой, да и напор такой, что жильцы многих ташкентских домов могли бы ему только позавидовать. И это несмотря на то, что многие постояльцы принимают душ три раза в сутки, тратя воду в огромных количествах.

В то же время водоснабжение в Дели, действительно, сильно отличается от нашего. На крышах многих зданий можно увидеть большие пластиковые баки, в которые закачивается вода. Баки черного цвета, вода хочешь - не хочешь нагревается под жарким солнцем. Так что если горячую воду после недолгого спуска можно сделать действительно горячей, то холодная вода, в отличие от нашей, ташкентской, которая леденит зубы, так и останется тепловатой. Пить ее невозможно, да и нельзя, об этом предупреждают постоянно. И предупреждают так же категорично, как сказочная Аленушка братца Иванушку: "Не пей, козленочком станешь!".

Тот иностранный гражданин, который все-таки решит, как упрямый Иванушка, хлебнуть из здешнего водопровода, рискует многим. И может в итоге даже очень пожалеть, что не стал просто козленочком. Вода в делийском водопроводе кишит всевозможными субтропическими бактериями. Даже после одного глотка такой насыщенной всякой заразой жидкости в желудке обязательно начнется настоящая революция, которая будет иметь самые непредсказуемые последствия. Справиться с такой революцией можно только при помощи хороших доз сорокаградусного спиртного раствора. Однако при жарком и влажном индийском климате такое лечение может выдержать далеко не каждый.

Пьют в Дели только специально обработанную воду, которую поставляют потребителям в двадцатилитровых пластиковых бутылях. А потребители переворачивают эти бутыли и вставляют горлышком в стандартного типа небольшие прямоугольные аппараты. В аппаратах есть два краника - синий и красный. Синий - просто холодная вода, красный - горячая, для чая.

Есть такие аппараты и в ресторане, где мы питаемся, и в институте, и в отеле. Когда хочется пить, постоялец отеля обычно звонит обслуге, через пару минут после этого появляется коридорный, забирает из номера пустой гибрид чайника с термосом и вскоре возвращает его полным.

Тот же, кто не знает английский язык, может легко обойтись и без коридорного. Мне, например, совсем нетрудно пройти полтора десятка метров и набрать воды самому.

Узнав о проблемах водоснабжения в Индии, я сразу вспоминаю о передовых электрохимических технологиях по очистке и обеззараживанию воды. Установки небольшие, стоят сравнительно недорого. Зато, если их внедрить в делийских отелях, они бы могли принести владельцам гостиниц ощутимую прибыль.

Судите сами. Каждый день в отели грузовые автомобили привозят десятки пластиковых бутылей, которые обслуга, кряхтя от натуги, растаскивает по этажам. А то же время была бы в водопроводе вода такого же качества, как в этих бутылях, постояльцы смогли бы обойтись и без вызова коридорного по телефону. Набрали бы воду из крана в графинчики, поставили бы в имеющийся в каждом номере холодильник, и все проблемы решены. А отели здорово бы сэкономили на закупке питьевой воды и транспортных расходах по ее доставке.

Или взять плавательные бассейны. Поплескаться в прохладном водоеме - мечта любого иностранца, попавшего в Индию. Но в здешней воде плескаться никак нельзя - ведь в отличие от душа или ванной, где держишь рот плотно закрытым, плавая в бассейне, обязательно хлебнешь глоток-другой. Поэтому в Индии плавательные бассейны можно встретить только в дорогих пятизвездочных отелях. А будь и в обычной гостинице установка для очистки и обеззараживания воды, здесь могли бы тоже оборудовать плавательный бассейн, брать за пользование им дополнительную плату и в итоге получать солидный дополнительный доход.

Прошу Дильшода поинтересоваться у хозяина одной гостиницы, знает ли он о существовании таких передовых технологий? Выясняется: знает. Подобные установки для очистки и обеззараживания воды в Индию поставляет Великобритания. И стоят они, действительно, сравнительно недорого - 5 тысяч долларов. Вот только почему он сам не приобретает такую установку, хозяин отеля так внятно объяснить и не смог.

КАК АСМИК ПОКУПАЛА САРИ

У многих наших соотечественников совершенно идиллическое представление об Индии. Особенно это касается товаров народного потребления. Дескать, пальмы в Индии растут прямо перед окнами отеля и буквально ломятся от обилия бананов и кокосов - чтобы наесться этой экзотической вкуснятины, достаточно только протянуть руку. На рынках и в магазинах за самую мелкую монету можно купить ведро всякой всячины, а если мелкую монету забыли в гостинице, то добрые индийцы отдадут это ведро "за так". И вообще индийцам больше нечего делать, как ходить за иностранцами и бесплатно раздавать им сувениры и местные благовония.

По крайней мере, заказы, основанные именно на таком представлении, я получаю со всех сторон и перед вылетом в Дели, и, уже находясь в Индии, по интернету. В то же время вынужден разочаровать соотечественников. Может, где-то и есть такие замечательные места - Индия большая - но мне в них побывать не довелось. Что же касается Дели, то здесь живут обычные люди, которые, как и все обычные люди, хотят подзаработать. Причем, часто всеми правдами и неправдами. А если у кого-то у индийцев и возникнет желание что-нибудь раздать, то это "что-нибудь", наверное, все-таки будет в первую очередь адресовано не достаточно обеспеченным иностранцам, имеющим возможность раскатывать по заграницам, а местной бедноте - ее здесь хоть пруд пруди.

Поэтому расскажу немного о своем знакомстве с лавками и магазинами Карол Багха. Начну с фруктов. По утрам в гостиничном районе возникает множество базарчиков или, что чаще, просто отдельных лотков, где на прилавках по ранжиру раскладываются кокосовые орехи, лимоны, грейпфруты, бананы и прочие дары субтропической флоры. Торговцы этой снедью, как правило, неуступчивы и насмерть держат первоначальную цену. К примеру, за ананас в зависимости от его размеров просят 30-40 рупий - в пересчете на привычную нам валюту это где-то меньше одного доллара. Подешевле, конечно, чем в Ташкенте, но в Индии, где подобный фрукт не редкость, цене немного удивляешься.

Торговцы фруктами - народ гордый, за иностранцами, как продавцы товаров с рук не бегают: хочешь - покупай, не хочешь - проваливай. Надувают они по-другому. К примеру, один маленький, зеленоватого цвета местный банан стоит 1 рупию, в грозди обычно 25 бананов, значит, цена этой грозди 25 рупий. И продавец, протягивая вам гроздь, будет клясться, что в ней ровно 25 бананов. Расчет на то, что вы поленитесь пересчитать. А если пересчитаете, то выяснится, что не 25, и даже не 20, а всего 11.

В магазинах, где продаются промышленные товары, продавцы, как правило, более честны и любезны. Безотказно покажут все, что вы пожелаете, продемонстрируют достоинства приглянувшейся вам вещи. Если на вещи нет бирки с ценой, не откажутся и накрутить эту цену в расчете на последующий торг. Но часто такая бирка на товаре имеется. Иногда и в этом случае можно поторговаться, но обычно продавцы вежливо сообщают, что цена фиксированная.

Впрочем, в Индии, по крайней мере, в Дели, строго фиксированы только цены на табачную и алкогольную продукцию. Цены отпечатаны заводским способом на сигаретных пачках и водочных этикетках, и продавать этот товар выше или ниже указанной на них суммы запрещено.

Сигареты продаются в специализированных лавках. Пачка более-менее приличного курева стоит полтора доллара. Я для экономии выбираю самые дешевые сигареты с фильтром, имеющие лаконичное название "№10". Маленькая пачка, в которой умещается десять коротких сигарет, стоит 10 рупий, следовательно 20 сигарет обходится по цене чуть большей, чем стоит пачка "PINE" в Ташкенте. В то же время "№10" далеко не "PINE" - вначале такое впечатление, что куришь вату. Потом, правда, привыкаешь.

Спиртные напитки тоже продаются исключительно в специализированных магазинах. И по цене сравнить с нашими их уже трудно - они очень дорогие. Более менее приличная бутылка водки объемом 0,7 литра стоит 170 рупий - 4 доллара. А очень хорошая водка тянет на все 7-10 долларов. Правда, по качеству ее с нашей отечественной "ацетоновкой" сравнить тоже нельзя.

Кстати, о водке. Лучше не экономить, купить бутылку и пить перед сном хотя бы раз в три дня грамм по тридцать-сорок. Как это ни накладно, а для многих, может, даже и противно, но в итоге дезинфицирует организм и дает определенную гарантию от местных желудочных и кожных заболеваний. Даже патологически непьющие слушатели курсов, приехавшие из нетропических стран, вынуждены в итоге прибегать именно к этому способу профилактики.

Но вернемся к фиксированным ценам в магазинах, торгующих промышленными товарами. Обычно они зависят от оптовых цен фирм-поставщиков и суммы аренды за помещение и, соответственно, в разных торговых точках разные - где выше, где ниже. В первые дни мы разгуливаем по Карол Багху, выбирая самые большие и красивые магазины. И сразу отмечаем, что цены в них очень высокие - выше, чем на подобную продукцию в Ташкенте. К примеру, к женским босоножкам - штампованная подошва плюс полоска прозрачного пластика сверху - прикреплена бирка, где сообщается, что стоит это удовольствие 15, а то и 25 долларов.

Потом, приглядевшись к публике, я определяю, что это магазины для богатых. Сюда заходят шикарно разодетые индийцы и покупают, что понравилось, не торгуясь. Покупать в таком магазине - свидетельство собственной престижности, принадлежности к определенному кругу.

Несколько раз приходилось наблюдать, как люди, явно к этому кругу еще не относящиеся, но заработавшие недавно хорошие деньги, делают покупки в подобных торговых точках. О цене не спрашивают, но зато, чтоб подольше здесь задержаться, могут перемерить пар двадцать обуви. Вот мол, смотрите, мы тоже в люди вышли, раз покупаем своей дочке обувку в таком магазине.

Меня просили привезти из Индии сари, поэтому в обществе Дильшода, Майи и Асмик я хожу по Карол-Багху в поисках этой швейной продукции. Асмик тоже хочет купить сари, но везде пугающие цены - от сорока долларов и выше. Правда, одежка стоит того. В одном из магазинов продается сари расшитое множеством блестящих побрякушек - не сари, а произведение искусства, в таком только выступать на сцене знаменитым артистам. Правда, и цена соответствующая - 800 долларов.

Впрочем, в Карол Багхе можно купить вещи и по невысокой цене. К примеру, прямо рядом с отелями, где мы живем, обнаруживается магазинчик, специализирующийся на торговле женской кожаной обувью. Обувь сделана очень качественно, расшита узорами на любой вкус. На подошвах приклеены бирочки с ценами, но можно легко сторговаться за пять долларов. Причина столь низкой цены проста - магазин принадлежит фирме, которая сама шьет эти туфли. И подобные магазины, торгующие собственным товаром, здесь не редкость, надо только их найти.

Есть в Карол Багхе также много ателье, где шьют на заказ. Часто прямо в ателье можно недорого купить материал. Асмик подсчитывает, сколько все будет стоить, и решает не покупать сари, а пошить его в ателье. И уже через несколько дней получает желанный комплект национальной индийской одежды. Сари так нравится Асмик, что она даже ходит в нем на занятия. А обошлась ей эта радость значительно ниже, чем бы она купила сари в магазине - всего 17 долларов.

Так что, приглядев в Карол Багхе какую-нибудь вещичку, не надо торопиться лезть в кошелек за деньгами. Если, конечно, вы не являетесь родным племянником Рокфеллера, то стоит походить по магазинам и прицениться. Глядишь, получится купить такую же в точности вещь, но раза в два, а то и три дешевле.

НАШИ В ИНДИИ

Попав в пиковую ситуацию с незнанием английского языка, решаю обратиться за помощью в посольство Узбекистана. Может, там мне помогут из этой пиковой ситуации как-то выпутаться.

Звоню посольство, беседую с временным поверенным в делах Узбекистана в Индии. Договариваемся, что я приеду в ближайшую субботу. Однако, в ближайшую субботу у меня с визитом ничего не получается. Утром я лезу в карман за деньгами и с удивлением обнаруживаю полное отсутствие крупной суммы, выданной мне в NIIT в качестве подъемных. Хорошо помню, что перед тем, как лечь спать, все пересчитал и положил в удостоверение, а теперь, хотя и удостоверение на месте, и вложенная в него пачка отечественных сумов, от рупий не осталось и запаха. Даже мелочи, чтобы на нее позвонить от администратора отеля в посольство и извиниться, и той нет.

Кстати, затем со мной часто происходят подобные странные происшествия - то опять пропадут все деньги, то раздастся провокационный телефонный звонок, то кто-то ночью начнет ковыряться ключом в замочной скважине, то еще что-нибудь. И делается все это настолько профессионально и нахально, что какие-то подозрения в отношении гостиничного персонала или сокурсников просто даже не приходят в голову.

Так что в посольство я смогу попасть только в следующую субботу, когда у меня появляются деньги на такси. В этот день в посольстве как раз должна состояться пресс-конференция, посвященная открытию в Ташкенте второй Индийской торговой выставки, и у меня есть прекрасная возможность убить сразу двух зайцев: решить свои проблемы и заодно написать о предстоящем мероприятии.

Водитель мото-такси долго колесит по просторному и зеленому району Чанакапури в поисках улицы Ранхакришна марк. И в итоге притормаживает возле забора, за которым на легком ветерке трепещет государственный флаг Узбекистана.

Очутившись на территории посольства, не могу не присвистнуть от восхищения. Это настоящий ботанический сад, посреди которого стоит здание в стиле модерн, отделанное местным коричневым мрамором.

Мне приходилось видеть здания разных посольств, среди них были даже такие, что смахивали на дворцы. Однако, наше понравилось больше всего. Именно таким, на мой взгляд, и должно быть здание посольства: современным, красивым и одновременно строгим и деловым, без всяких бросающихся в глаза излишеств.

До начала пресс-конференции еще час, и я первым делом прошу организовать мне экскурсию по территории. В сопровождающие мне выделяют добродушного, улыбчивого здоровяка по имени Камолхан. Камолхан работает заместителем управделами и отвечает за здания посольства и озеленение, так что лучше гида мне не найти.

Внутри посольства выдержан такой же стиль, как снаружи - красиво и по-деловому. Просторные прохладные залы, со вкусом подобранная и расставленная мебель. Отделано здание, начиная с входных дверей из орехового дерева, в национальном стиле и тоже с редким вкусом. Ничто назойливо не лезет в глаза, и в то ж время сразу возникает впечатление, что попал в Узбекистан.

Но, конечно, самое красивое в этом посольстве - это его озеленение. Здесь собрано свыше полусотни растений, в основном деревьев. Вся флора - чисто индийского происхождения, но подобраны самые эффектные виды. Есть здесь и слоновые пальмы, названные так, потому что их основание удивительно напоминает ногу слона; и ботельброш - дерево-щетка, цветки которого действительно похожи на небольшую одежную щетку; и хлопковое дерево, что на самом деле дает в виде плодов настоящий хлопок; и еще множество других, не менее экзотических растений.

Больше всего мне по душе приходится дерево гульмахор. Говорят, что тем, кто увидел его цветок, улыбается удача. Но далеко не всем удается этот цветок увидеть - листья гульмахор растут как бы этажами, а большие, ярко-красные цветки распускаются на самом верхнем из них. Но мне повезло: в посольском саду один цветок распустился сбоку дерева, на высоте человеческого роста. И я могу не только посмотреть на эту редкость, но и потрогать ее руками.

Комалхон очень тепло рассказывает и о растениях в его подотчетном хозяйстве, и о бегающих здесь симпатягах бурундучках, и о трех семьях попугаев, устроивших гнезда под крышей здания посольства, и о павлинах, которые частенько по вечерам прилетают в гости с расположенной за забором территории женского колледжа. С искренним сожалением расстаюсь с этим замечательным человеком и направлюсь в конференц-зал: стрелка часов почти вплотную подошла к одиннадцати, через пару минут должна начаться пресс-конференция.

Однако, как выясняется, в Индии редко какое мероприятие начинается вовремя. Предстоящая пресс-конференция также не является приятным исключением. Официальные лица давно собрались, а большинства бизнесменов и журналистов еще нет. Не знаю как насчет бизнесменов, а своих индийских коллег я понимаю - суббота, выходной день, хочется выспаться, а тут езжай за несколько десятков километров в другой конец города, трать свой бензин или кровные рупии на такси.

Сотрудники посольства честно ждут полчаса, а потом нарушают принятый этикет и предлагают наиболее дисциплинированным участникам конференции приступить к сладкому столу, к которому положено приглашать только после окончания мероприятия. Но что делать - надо же помочь людям как-то убить время.

Конференция начинается только после двенадцати, и у меня есть достаточно времени, чтобы пообщаться с сотрудниками посольства. От временного поверенного Саидакмаля Сайдаминова узнаю, что озеленением и зданием посольства гордится не только Камолхан, но и весь коллектив.

Первым послом Узбекистана в Индии был Сурат Миркасимов, он и "выбил" место для строительства. Это можно считать большой заслугой, потому то больше посольств стран СНГ в престижном районе Чанакапури нет. Исключение составляет только Россия, но ей территория и здание остались в наследство от Советского Союза.

Последующие два посла - Ильхом Нематов и Ибрахим Мавлонов, что называется, вложили душу в благоустройство территории. Кстати, здесь по-прежнему продолжают их дело: сотрудники посольства, в первую очередь Камолхон, ходят по питомникам декоративного садоводства, подыскивают наиболее красивые растения.

Во время пресс-конференции выясняется следующее… Оказывается, довольно большую проблему для наиболее успешного развития узбекско-индийских экономических отношений составляет доставка грузов. Если посмотреть на карту, то расстояние между Индией и Узбекистаном вроде всего ничего. А вот на деле получается совсем по-другому. Грузы из Индии морским путем доставляются а Иран, оттуда в Туркмению, и уже только после транзита через две эти страны в Узбекистан. Дорого и долго.

Удобней, конечно, было бы перевозить грузы наземным путем. И лучше всего через Пакистан. Но пакистанцы от такого варианта категорически отказались. Мол, пока вопрос с Индией насчет пограничных территорий не решен, на эту тему и разговаривать нечего.

Тогда остановили выбор на Афганистане. Сейчас наши строители прокладывают дорогу от моста Хайратон в Термезе до афганского города Мазари-Шариф, а индийцы тянут трассу со своей стороны. С пуском этой магистрали провоз груза из Индии в Узбекистан значительно подешевеет, а сроки доставки сократятся с месяца до недели.

Меня несколько удивил тот факт, что в Индии, оказывается, не два государственных языка - хинди и английский, как я раньше думал, а целых двадцать. И английским при этом владеет всего два процента населения, проживающего, в основном, в крупных городах. Бывает, что даже депутаты парламента не знают ни английского, ни хинди, и тогда им на заседания предоставляют переводчиков.

Эта информация немного успокаивает мои комплексы по поводу полного незнания английского языка. Как выясняется, я выбрал правильную тактику общения с индийцами. Это очаровательная улыбка плюс понятные жесты, подкрепленные для убедительности веселыми идиоматическими выражениями.

Жаль только, что мои проблемы в посольстве решить не смогли. Я получил лишь два совета. Первый - обращаться в посольство Индии в Узбекистане. Оно меня сюда отправляло, ему меня и вытаскивать из идиотского положения, в какое я попал. И второй - игнорировать всякую познавательную информацию, которую и так можно найти в интернете, описывать только свои впечатления.

Если первый совет поставил меня в тупик, ибо даже теоретически трудно представить, как бы я в своем положении связался с посольством Индии в Узбекистане, то второй совет мне неожиданно нравится. Действительно, а ведь стоит попробовать написать серию репортажей о другом государстве, при этом абсолютно не зная иностранного языка, не имея ни переводчика, ни информации, ни какой-либо поддержки. Это даже интересно, что-то вроде экстремального вида спорта.

Пресс-конференция заканчивается, гости еще раз подходят к сладкому столу и прощаются. Беру у пресс-секретаря краткую информацию о том, кто и что говорил на прошедшем мероприятии, а так же целую пачку индийских журналов, в которых, возможно, найдутся нужные мне фотографии. Все, на этом по дипломатическому этикету мой визит завершен. Здесь люди занятые, им нужно пообедать и опять, несмотря на выходной день, приступать к важным государственным делам.

Так что напоследок еще раз бросаю взгляд на ряд слоновых пальм, эффектно отражающихся в небесно-голубой воде великолепного бассейна перед входом в здание посольства, и покидаю этот милый уголок Узбекистана в Индии. Обед в моей гостинице уже закончился, поэтому у меня есть много времени. Я неторопливо прохожу вдоль забора посольства, где и с внешней стороны растут великолепные растения. А затем иду по пустынной дороге в поисках мотто-такси, которые всегда, когда они нужны, как будто проваливаются сквозь землю. И думаю о том, что все-таки здорово, когда люди выполняют свою работу на совесть - смогли так благоустроить территорию и здание, что о них не стыдно в красочных тонах написать самому привередливому журналисту.

ЭКСКУРСИИ НАЧИНАЮТСЯ РАНО

Достопримечательностей в Дели множество. Есть храмы, крепости, парки, музеи и еще Бог знает что. Но для нас выбирают только семь наиболее значимых на взгляд организаторов экскурсии объектов. Больше просто не получается. Хотя экскурсия и начинается в страшную рань - без пятнадцати семь утра, все семь достопримечательностей удается осмотреть только к началу ужина.

Сначала автобусы везут нас к весьма впечатляющему сооружению из красного камня. Хотя его стены и сильно напоминают крепостные, легко догадаться, что это старинная мечеть. Заходить сюда положено босиком, поэтому всем приходится снимать обувь и оставлять ее на ступеньках высокой и широкой лестницы.

Попав внутрь двора - настолько просторного, что здесь можно устраивать смотр войсковых подразделений, экскурсанты разбредаются кто куда. Вопросов сопровождающим нас индийцам никто не задает, информационных табличек на стенах не читает. Все, как и положено настоящим экскурсантам, ищут уголки поживописней, чтобы сфотографироваться на их фоне. Как раз подворачивается случай воспользоваться советом, полученном в посольстве Узбекистана - описывать только свои впечатления. Но впечатление мое может выразиться лишь в нескольких словах: величественно, красиво и грандиозно. Впрочем, забегая вперед, скажу, что это относится ко всем памятникам старины в Индии.

Так что приходится обращаться за дополнительной информацией. Ее мне дают ребята-афганцы, на пальцах объясняя, что сооружение, где мы находимся, называется "Масджид Джами" - "Великая Мечеть".

Да, и еще одно впечатление: мечеть явно построена несколько сот лет назад, а выглядит, как новая. Видно, что реставраторы не обходят "Масджид Джами" своим вниманием.

О следующей достопримечательности можно сказать то же самое. Это огромная крепость, в которой, кажется, может разместиться целый город. Построена крепость, как и мечеть "Масджид Джами" из красного камня, поэтому и получила свое название - "Ред Форт". "Ред Форт" ("Красная Крепость") - название английское. Местное название более поэтичное. Как я понимаю из таблички у входа, оно звучит так: "Ворота Лахора".

Здесь, вроде бы, музей, но заходить полагается с такими предосторожностями, как будто на территории крепости расположился склад ядерных боеголовок. Мужчины в одну очередь, женщины - в другую, все проходят через металлоискатель, а затем еще обыскиваются бдительными военными.

На территории крепости, действительно, расположился целый город - зеленый парк и множество зданий с необычной архитектурой и росписью. Это сочетание индийского стиля и стиля, который мы привыкли называть восточным. Представьте себе мраморную облицовочную плитку, где посередине нарисован индийский цветок, а по периметру идут классические узоры, очень похожие на те, что украшают памятники старины в Узбекистане. Вот такое сочетание и присутствует здесь во всех элементах архитектуры.

Нам дают гида - дядю в очках и с зонтиком под мышкой. Дядя очень много рассказывает о Ред Форте, но исключительно на английском языке. Разумеется, не поняв из его объяснений ни слова, отправляюсь за разъяснениям к другим слушателям курсов. Но здесь выясняется не совсем приятная вещь: кто слушал, но не очень хорошо знает английский, и ничего не понял; кто хорошо знает английский, не слушал, а кто слушал и хорошо знает английский, ни слова не говорит по-русски.

Но, в конце концов, мне везет. Таджичка Правина с Душанбинского телевидения плохо знает английский, но хорошо - фарси и свободно общается со студентками из Кабула - Марьям и Фергозой. Так что дальше ходим вчетвером: девушки-афганки переводят Парвине с английского на дари, который похож на фарси, а Парвина мне с фарси на русский. И я в результате узнаю исторические подробности о возникновении Ворот Лахора.

Построил крепость знаменитый индийский правитель Шах Джахан. Он очень любил свою жену Мумтоз, в честь которой возводил различные грандиозные сооружения, в том числе, как я понял, и сам Ред Форт. А еще Шах Джахан любил двух своих дочерей. Они были у него в качестве советников. Просителей правитель принимал у входа в здание Совета, где на внушительном постаменте стоял его трон. По бокам этого постамента сохранились небольшие зарешеченные окошки - оттуда и наблюдали дочки за просителями. А потом подсказывали отцу, кому дать денег, а кого гнать взашей.

Ворота Лахора долгое время были резиденцией индийских правителей, а затем английского генерал-губернатора. Именно здесь и состоялось подписание документа о независимости Индии.

На территорию Ред Форта, вроде бы и муха не пролетит, но бродячих собак здесь полным полно. Да еще обленившихся до невозможности. Даже если потормошить такую собаку, она приоткроет только один глаз, потому что второй лень, тут же закроет и продолжит дрыхнуть на лужайке. Одним словом, отъелись животные на армейских пайках.

Кстати, по поводу бродячих собак. Насчет этих животных у меня возникает спор с девушкой из Петербурга по имени Света. Света выражает большое сомнение: а стоит ли вообще упоминать о бродячих собаках? Их везде полным-полно. Я придерживаюсь другого мнения. Бродячие собаки многое могут сказать о стране и ее жителях. К примеру, наличие в России бродячих собак, которые в некоторых городах даже нападают на людей, свидетельствует о бездействии СЭС и черствости населения. Отсутствие бездомных друзей человека в Ташкенте говорит уже о другом - популярности корейского блюда "кадя", а также присутствии большого количества специалистов по его приготовлению.

Что же касается Дели, то обилию здесь не просто бродячих, а еще и сытых собак есть только одно объяснение: удивительное миролюбие, терпимость и добросердечие индийцев. Для собак здесь ставят мисочки с водой, приносят пакеты и ведра с объедками.

Между прочим, такое же отношение в Дели и к голубям. Нередко приходится проезжать мимо асфальтированных площадок возле дороги. На них собираются сотни голубей, которые клюют специально насыпанный корм. Птицы также могут здесь и попить - для них поставлены большие чаши с водой. И многие индийцы, притормозив свой автотранспорт возле такой площадки, по своей инициативе пополняют запасы голубиного корма или воды.

Наверняка, одна из причин столь великодушного отношения к существам, от которых никакой пользы, а только мусор - священные коровы. Любовь и терпимость к ним индийцы перенесли и к другим животным.

Прошу прощение за столь пространное "зоологическое" отступление. Просто оно навеяно присутствием большого количества бродячих собак там, где их не должно быть.

Ред Форт мне так и хочется назвать "Форт Ноксом". Уж очень много здесь военных и полицейских. Внутрь зданий не пускают, во многих местах протянуты тросы, не дающие заходить и в открытые павильоны. Так что туристу, желающему привести из Индии домой пару кирпичей, выковырянных долотом из постамента трона Шаха Джахана, здесь ждет жестокое разочарование. Тут же сцапают, да еще отправят на отсидку.

Нет, все-таки молодцы индийцы. Так и надо охранять памятники старины - как самое дорогое национальное достояние. Нам бы у них этому поучиться.

БЕЛЫЙ ЛОТОС И ВЫСОКИЙ МИНАРЕТ

После Форт Нокса, прошу прощения - Ред Форта, нас привозят к еще одной крепости, на этот раз сделанной не из изящного красного камня, а основательных базальтовых глыб. Ворота крепости гостеприимно распахнуты, но посещение этого очага культуры не входит в нашу программу. Здесь нам приготовлены физкультурные процедуры. У подножья крепости раскинулось небольшое озерцо - видимо, остатки когда-то широкого рва. А у причала - четырехместные водные велосипеды. Мы пересаживаемся на эту технику и катаемся до тех пор, пока не начинают ныть ноги. Потом совершаем короткую прогулку по раскинувшемуся вокруг озерца небольшому ботаническому саду, где обращают на себя внимание здоровенные, сантиметров до двух длиной муравьи, куда-то спешащие по своим делам по асфальтированным дорожкам, и снова забираемся в автобусы.

Дальнейший пункт программы - Ворота Индии. Это просторная территория, где среди цветников и фонтанов воздвигнута высокая каменная арка - именно она и символизирует эти Ворота. Под аркой развеваются флаги трех родов войск Индийских вооруженных сил, а возле них два караульных в черных чалмах, смущенно улыбающихся под объективами фотокамер.

Дяди с зонтиком под мышкой здесь уже нет, да, впрочем, если бы и был, выслушать его было бы практически невозможно: донимают торговцы всякой всячиной. Причем донимают намного настойчивей, чем их коллеги в Карол Багхе. Особенно достают торговцы вертушками - запускаешь из устройства вроде рогатки в небо небольшой прямоугольничек, а он потом распускается лепестками и спускается, как вертолетик. Молодой человек, торгующий этой забавой, просит за нее 100 рупий. Потом, когда его недвусмысленно посылают к дьяволу, снижает цену до 50, затем до 20. В конце концов, соглашается за 10, но с таким видом, как будто продает себе в убыток.

Самое любопытное, что, скинув цену в десять раз от первоначальной, молодой человек все равно меня здорово надул. Следом за ним ко мне подходит другой молодой человек, который за десять рупий предлагает уже сразу три вертушки. А, значит, красная цена такой игрушки - рупии две, не больше, и первый молодой человек вначале заломил цену раз в пятьдесят превышающую реальную. И возле Ворот Индии то и дело приходится встречать экскурсантов, которые тащат сувениры, приобретенные во много раз дороже, чем они стоят на самом деле. Так что, дорогие соотечественники, избегайте что-нибудь покупать в местах, где собирается много туристов, там этих туристов местные граждане дурят только так.

Повезло только афганской студентке Марьям - ей продали приборчик для пускания мыльных пузырей вместе с мыльным раствором всего за пять рупий. Впрочем, Марьям такая милая и скромная девушка, с таким необычным нежным голоском, который на курсах все называют "соловьиным", что торговцы, наверное, просто посовестились ее сильно облапошивать.

Марьям сидит в автобусе и с удовольствием дует в приборчик. Маленькие радужные пузырики разлетаются по салону, неожиданно доставляя радость всем присутствующим - и слушателям курсов, и сотрудникам NIIT.

Правда, радостное чувство мигом гаснет, когда мы посещаем резиденцию Индиры Ганди, превращенную сейчас в музей. Сама резиденция для руководителя такой большой страны более, чем скромная. Одноэтажные здания, сравнительно небольшой рабочий кабинет. В шкафу без особого порядка стоят книги - видно, что хозяйка часто к ним обращалась, трогательный плюшевый тигренок на полу. Чуть побольше размеров комната, где Индира Ганди принимала гостей, очень скромный обеденный зал для семьи.

Глядя на всю эту невзыскательность быта, на экспонаты, среди которых можно увидеть и книги советских писателей, и предметы домашнего обихода, представляешь быт живших здесь руководителей Индии и воспринимаешь их не как государственных деятелей, а как обыкновенных людей.

Правда, если в резиденции все красиво и скромно, то вокруг резиденции просто красиво. Это прекрасный сад со всплеском яркой, со вкусом подобранной растительности.

К резиденции от ворот ведет необычная дорожка, сделанная из стекла или хрусталя. Именно здесь и застрелили Индиру Ганди в 1984 году. Теперь по дорожке, где сделала свои последние шаги эта поистине великая женщина, никто не ходит. Дорожка перекрыта с обеих сторон ограждениями, и на нее можно только посмотреть.

Много экспонатов посвящено здесь и сыну Индиры Ганди - Радживу, который, погиб от рук террористки-смертницы в 1991 году. Самый печальный из них - стенд, где висят брюки и кроссовки Раджива Ганди, в которых он был во время взрыва. Брюки и брюками-то назвать нельзя, от них остались только лоскуточки. А вот кроссовки выглядят вполне сохранившимися, ни одной царапины. Удивительная вещь - человека разнесло на куски, а вещь пережила своего владельца, осталась целой и невредимой.

Так что к автобусам возвращаемся погрустневшими: кому жалко Индиру Ганди, кому ее сына Раджива, а кто просто задумался о бренности всего земного.

Храм Лотоса

Дальнейшие объекты, куда мы держим свой путь, являются культовыми сооружениями. Сначала автобусы останавливаются возле парка, над которым возвышается огромное мраморное здание, построенное в виде нераспустившегося лотоса. Как выясняется, это и есть Храм Лотоса, что нам предстоит посетить.

Кстати, подмечаю весьма удивительное обстоятельство: при входе в каждый очаг культуры нас строго предупреждают, что на территории этого очага категорически запрещается делать фото- и видеосъемку. В то же время все в нахалочку снимают все, что нравится, и никто из служащих ничего не говорит.

Входя в Храм Лотоса, как и в мечеть, положено снимать обувь. Для хранения таковой служители предлагают полипропиленовые мешки, куда помещается сразу несколько пар. Сопровождающий нас индиец куда-то исчезает вместе с мешком с нашей обувкой, а мы направляемся к необычному культовому сооружению.

Внутри храма - большой зал, собственно само здание и является куполом этого зала. А в зале полукругом выстроились удобные и выглядящие вполне современными деревянные скамьи.

У входа нас встречают, как ни странно, вполне европейской внешности служительницы, которые многозначительно прикладывают палец к губам. Это значит, что разговаривать в храме запрещено. В зале тишина, прихожане организованно занимают места на скамеечках, а мы, безуспешно поискав глазами священнослужителя, спешим к выходу.

Когда мы уже едем в автобусе, кто-то мне запоздало сообщает, что если в храме Лотоса загадать желание, оно обязательно сбудется. Могу подтвердить: это совершенно точно. Честно говоря, на территории храма я подумал о том, как бы найти свои кроссовки, чтобы не стать похожим на местного люмпена. И кроссовки нашлись под ближайшей скамеечкой. Теперь жалею, что думал о таком пустяке, надо было заказать Лотосу желание посолиднее.

Последний пункт программы - культовый комплекс под названием "Кутаб Минар", что, как легко догадаться жителю средней Азии, означает "Высокий Минарет". Многие скучнеют при мысли, что в третий раз за сегодняшний день придется снимать обувь, но выясняется, что в комплексе религиозных мероприятий не проводится и разуваться не обязательно.

О том, почему место, куда нас привезли. Называется "Высокий Минарет" становится понятно сразу. Внушительная башня, сделанная из красного камня, видна издалека. Минарет не совсем обычной конструкции: с волнистыми стенами, многочисленными балкончиками. Несомненно, здесь тоже нашло свое место сочетание разных архитектурных стилей.

Минарет находится в идеальном состоянии и смотрится так, как будто построен если не вчера, то, по крайней мере, позавчера. Что же касается большинства остальных построек, то от них остались только развалины. Правда, слово "развалины" в данном случае понятие условное. Правильнее было бы сказать, что речь идет о фрагментах древних сооружений. Воссоздавать на основе этих фрагментов прежнее сооружение с археологической точки зрения как-то несерьезно, поэтому их оставили в таком виде, как есть, только, разумеется, приведя при этом в полный порядок - нигде не видно не только свежей трещинки, но и пылинки. Одним словом, смотрится все крайне живописно.

Кутуб Минар окружен большим зеленым парком. Если послушники Храма Лотоса не особенно привечают наших четвероногих друзей, и на территории этого религиозного заведения их не увидишь, то здесь, наоборот, таких друзей видимо-невидимо. Сытые, довольные, миролюбивые, как и везде.

На территории комплекса впервые за все пребывание в Дели слышу лай собак. Две собаки что-то осуждающе гавкают своей товарке, которая каким-то образом ухитрилась забраться на крышу небольшого, но достаточно высокого культового сооружения и теперь стоит там дура дурой, не зная, что делать дальше.

Впрочем, собачий лай здесь, как и везде в столице Индии, наверняка, большая редкость. На территории комплекса Кутуб Минар очень тихо, безлюдно и много высоких тенистых деревьев. Наверное, именно поэтому этот парк и облюбовали большие зеленые попугаи. Их здесь, действительно, как воробьев. Уже вечереет, попугаи устраиваются на ночлег в гнездах и в быстро темнеющем небе то и дело проносятся яркие, как лампочки, птицы.

Все, экскурсия заканчивается, автобусы поворачивают в Карол Багх. Впечатлений множество, обидно только одно - мы не посмотрели и одну десятую, если не сотую часть всех достопримечательностей Дели. Но все здесь не осмотришь, наверное, и за полгода.

ДЕТСКИЕ ПЛОЩАДКИ И НЕ ТОЛЬКО

В маленькой столовой Национального института информационных технологий стоит автомат, который наливает всем желающим кофе и молоко. Я часто спускаюсь сюда со второго этажа, где проходят занятия, набираю молоко в бумажный стаканчик и выхожу покурить на улицу.

Молоко нейтрализует вред от сигареты, а заодно позволяет растянуть перекур. На улице можно увидеть много интересного. То по черному кабелю, протянувшемуся от одного фонарного столба к другому, ловко пробежит полосатый бурундучок, то в кроне дерева взмахнет крыльями попугай, то по узкой дороге куда-то гордо прошествует стадо священных коров. Коровы обычно ходят здесь одни и те же и в одно и то же время. Но ходят не толпой, а одна за другой, с дистанцией метров в двадцать-тридцать, при этом даже отдавая некоторую дань индийским правилам уличного движения: придерживаясь левой обочины.

А через дорогу - площадь, на которой находится средних размеров универмаг. Самое примечательное в этом универмаге - усатый дядя с мощной двустволкой на плече и патронташем на поясе. Крупнокалиберных патронов в патронташе хватит, чтобы перестрелять целую банду грабителей, поэтому на дядю посетители смотрят с уважением и опаской.

По соседству с универмагом, во всю ширину площади расположилась детская площадка, окруженная со всех сторон симпатичным заборчиком. Это место для игр детишек трудно сравнить с отечественными аналогами. Здесь, чтобы обеспечить удобство и безопасность малышам, все продумано до мелочей. Вместо утоптанной земли или песка - зеленый, аккуратно подстриженный газон. По периметру этого газона находятся так же аккуратно подстриженные заросли местной породы легуструма - собрата нашей ташкентской живой изгороди. И прохладу с уютом легуструм дает, и препятствует тому, чтобы особо шаловливые детишки не лазили на забор. А посередине площадки находятся разных видов качели, горки, лесенки в виде жирафа и улитки.

В то же время на эту детскую площадку просто так не зайдешь, она закрыта на замок. Детишек я вижу здесь только в сопровождении взрослых. Обычно это молодой мужчина и девушка. Причем, это не чьи-нибудь мама и папа, следящие только за своим чадом. Судя по всему - специально назначенные жильцами дежурные, которые меняются каждый день. Они не сидят на удобных деревянных скамеечках, хотя их на площадке достаточно, а внимательно следят за играющей детворой лет шести-двенадцати. Стоят рядом с качелями, страхуя особо раскачавшихся на них детишек, чтобы, если, вдруг, кто сорвется, успеть поймать на лету, помогают малышне взобраться на металлические лесенки.

И все здесь красиво покрашено, отремонтировано, содержится в полном порядке, что составляет резкий контраст с фасадом универмага, где идут строительные работы, и местность напоминает свалку. Чтобы оградить детишек от поднимаемой на стройке пыли, на высоких, метра в три вышиной металлических конструкциях, прилаженных к забору площадки, натягивают широкое и длинное белое полотнище.

Причем, детская площадка и придомовые территории в Карол Багхе, о которых я уже писал, относятся к разряду самых маленьких из них. Для отдыха жильцов близлежащих домов в городе есть целые парки. И один из них, находящийся с другой стороны института, тоже можно обозревать во время перекура. Только его конца и края я так и не могу увидеть - настолько он просторный.

Все коммунальные зоны отдыха имеют отличительную черту - надежный забор. Снизу - каменная кладка, сверху - изящный частокол из металлических прутьев. Как по моей просьбе выяснила очаровательная Рахат, работающая в бишкекском Белом доме, строит и содержит в порядке зоны для отдыха жильцов организация при муниципалитете Дели. Она же, видимо, обеспечивает и их охрану от различных поползновений ушлых бизнесменов и чиновников.

Во многих районах Дели есть немало недостатков - это и излишне плотная застройка домов, и узкие улочки, как в Карол Багхе, и многое другое. Однако, если внимательно приглядеться, то можно увидеть, что здесь есть самое важное для любого городского района - архитектурный порядок. В том же Карол Багхе все здания от двух до четырех этажей, не выше. Наши бизнесмены с чиновниками ночами бы не спали, только бы и думали о том, как в районе, где каждый метр земли на вес золота, снести какую-нибудь двухэтажную развалюху и построить на ее месте доходную двадцатиэтажку. Никого бы при этом ни малейшим образом не волновало, что такое строительство изуродует архитектурный вид района. А вот в Дели этот вопрос людей очень волнует. Поэтому в Карол Багхе, где интенсивно реконструируются старые здания или на их месте строятся новые, очень тщательно следят затем, чтобы не нарушить общий облик района.

Да что районы, порядок так же в каждом жилом доме. Если у нас владельцы приватизированных квартир увлеклись самодеятельным строительным творчеством, превращая свои балконы в бункера, а территорию под окнами - в гаражи для автомашин, то в Дели такого не увидишь. Даже если дом давно дышит на ладан, все равно в нем все подчинено первоначальному архитектурному стилю - никаких инородных новшеств, даже краска везде облуплена одинаково. Разве что иногда на балконах присутствует легкое остекление. Но оно, действительно, легкое, окрашено под цвет фасада дома и не уродует его облик.

Мало того, во многих жилых домах тщательно соблюдается и порядок внешнего озеленения. Если на балконах можно посадить растительность, то ее сажают все жильцы. Причем, все выбирают только один вид флоры - или какой-то кустарник, или плющ. Получившийся результат превосходит все ожидания - зелень прекрасно вписывается в архитектурный стиль фасадов. Такие дома украшают Дели, придают городу оригинальность.

Пусть в столице Индии есть лачуги бездомных, обшарпанные дома, жуткие общественные туалеты, мусор и прочий негатив. Главное в том, что власти города глядят в будущее - в то время, когда бездомные разбогатеют и купят себе квартиры, на месте обветшалых строений возникнут новые, а с улиц исчезнут мусор и грязь. Вот тогда, благодаря достигнутому уже сейчас порядку, Дели с полным правом сможет претендовать на звание самого красивого города мира.

ТЕЛЕВИДЕНИЕ В ДЕЛИ

Если, казалось, еще вчера в столице Индии стояла редкая жара и духота, то все неожиданно меняется, как по мановению волшебной палочки. Становится прохладно и заряжает дождь, то и дело переходящий в ливень. Середина сентября - приближается осень.

Занятия на курсах - до половины второго, после обеда, часам к трем, все уже свободны. Свободное время народ проводит по-разному: разъезжает по магазинам, посещает такие очаги культуры, как аквапарк и зоопарк. Но это когда тепло. А в дождливые дни ситуация меняется. Под проливным ливнем особенно по магазинам не разгуляешься, да и в мотто-такси ездить становится неудобно. Если раньше в открытые борта врывался прохладный ветерок, то теперь в лица пассажиров летят липкие водяные брызги.

В гостиницах развлечения для постояльцев не предусмотрены, поэтому большинство слушателей прячется в своих номерах. И единственное средство убить скуку - телевизор. Современный цветной телевизор с пультом есть в каждом номере. Программ - более, чем достаточно.

В Дели, скорее всего, телевидение кабельное. К этой мысли приводит разница в количестве телепрограмм в каждой гостинице. К примеру, в отеле "Метро сити" их 57. А в гостинице "Королевская резиденция", где я жил раньше, и того больше - 86. При этом всего три-четыре телеканала - зарубежные, все остальные - чисто индийские. Большинство передач и фильмов идет на хинди и, видимо, других местных языках, но очень много телепродукции показывают и на английском. На русском языке ни одного телеканала нет. Правда, в NIIT нам говорят, что выход на эти каналы легко настроить при помощи пульта. Но об умельцах, которым бы это удалось, я не слышал. Впрочем, люди сюда приехали изучать английский язык, и им очень полезно смотреть передачи как раз именно на этом языке, а не на русском.

Что же касается тех, кто, как и я, не знает ни слова на английском, а тем более на хинди, гораздо сложнее. Но при желании и таком обилии программ вполне по силам сделать так, чтобы просмотр индийского телевидения не только помогал коротать досуг, но и стал увлекательным занятием.

Для тех, кто любит новости, подойдет американский канал CNN. Показываемые на экране события, как правило, в комментариях не нуждаются, а внизу кадра всегда указывается страна и город, где эти события происходят.

Любителям животных еще проще: "Дискавери" и несколько индийских каналов показывают многообразие мировой фауны постоянно. И понимание объяснений телекомментатора здесь нужно еще меньше.

Можно посмотреть мультфильмы, несколько каналов демонстрируют исключительно эту анимационную продукцию. Особо повезет, если вместо вычурных супергероев и стилизованных уродцев удастся поймать что-то классическое, вроде "Тома и Джерри". Тогда при просмотре телевизора вообще исчезает впечатление, что ты в чужой стране, и ящик с голубым экраном не знает ни одного слова на твоем родном языке.

Такое же впечатление может возникнуть и, когда смотришь художественные фильмы. Их надо только правильно подобрать. Незнание языка заставляет гораздо избирательней, чем дома, относиться к предстоящему просмотру. Я, например, выбираю три канала - HBO, AXN и STAR MOVIES, которые показывают исключительно продукцию Голливуда. Подгадываю начало фильма, чтобы успеть посмотреть, что за компания произвела его на свет. Если такая известная, как, например, "Коламбия пикчкерс", то хорошо, есть шанс увидеть что-то интересное. Затем в титрах выискиваешь знакомые имена. В Голливуде есть два-три десятка громких фамилий и, если на первом месте стоит хоть одна из них, то можно смело устраиваться возле телевизора.

Логика здесь простая, основанная на экономическом расчете. Актеры первого плана, вроде Шварценеггера, Вандама или Сталлоне, стоят недешево, их гонорары составляют многие миллионы долларов. И привлечение таких знаменитостей к участию в фильме изначально определяет, что эти миллионы продюсеры планируют вернуть кассовым сбором. А раз так, то и сценарий подберут предельно увлекательный, и режиссера приличного, без всяких авангардистских выкрутасов, и на спецэффекты денег не пожалеют. Одним словом, в фильме изначально будет все понятно, а так же будет мало слов и много действий. Что на английском смотри этот фильм, что на русском - практически разницы нет.

В обратном случае - когда и кинокомпания малоизвестная, и знаменитостей в титрах нет, есть сильный риск нарваться на малобюджетный фильм, где отсутствие средств на каскадеров, пиротехников, компьютерщиков и прочих голливудских асов будет компенсировано большим количеством диалогов психологического толка. Посмотреть такой фильм на родном языке еще можно, но на иностранном - пустая трата времени.

Можно, конечно, неплохо скоротать время и за индийской кинопродукцией. Фильмы в своем большинстве добрые, веселые, с красивой музыкой. Есть только одна закавыка - во многих из этих фильмов сильно закручен сюжет. Недружелюбно настроенная миллионерша оказывается родной мамой, сосед по камере и одновременно смертельный враг - одноутробным братом и т.д. и т.п. Иногда сами создатели фильма запутываются в таких хитросплетениях, что уж тут говорить о зрителях, не знающих языка.

Если американцы частенько снимают кино, беззастенчиво используя сюжеты известных европейских фильмов, то то же самое делают индийцы по отношению к продукции Голливуда. Что же касается наших отечественных сюжетов, то они здесь не котируются. И это несколько удивительно. В Узбекистане очень любят индийские кинофильмы, нередко их показывают и российские телеканалы. А вот по телевидению Дели я так и не увидел ни одной кинокартины ни советского, ни российского, ни тем более узбекистанского производства. Хотя "Узбекфильм" в свое время снимал боевики покруче и поинтересней многих голливудских.

Рекламы на индийском телевидении, как и на российских каналах, более чем достаточно. Правда, долго она длится только в перерывах между фильмами, а во время фильма, как правило, проходит быстро: две-три минуты и все.

Реклама чисто индийская, обычно сделанная очень талантливо, с юмором. Но есть и необычная для нас, с потусторонним оттенком. К примеру, молодой человек целеустремленно бросается с небоскреба вниз головой, в результате чего попадает в объятия лысого гражданина с рожками. Гражданин с рожками усаживает молодого человека в кресло, включает рекламируемый телевизор, и счастливый самоубийца от суперзвуков динамиков этого телевизора погружается в неземное блаженство.

Или взять джинсы, для рекламы которых выбран морг. Патологоанатомы хотят снять джинсы с бездыханного тела, но оно неожиданно намертво цепляется за ременные петли пальцами. Мол, даже покойник не хочет расставаться с такими замечательными штанами.

Видимо, к смерти в Индии относятся гораздо проще, чем у нас. На российских телеканалах, а тем более наших, узбекистанских, такую потустороннюю рекламу ни за что бы не пропустили.

Еще одна особенность местного телевидения: мультипликационные фильмы здесь тоже перебиваются рекламой. Причем, даже чаще, чем "взрослые" кинокартины. Обычно рекламируют лимонады, чипсы, конфеты, игрушки, шампуни и прочие штуковины, которые должны вызвать у детишек жгучее желание пристать к родителям со словечком "купи!" и вымотать им всю душу.

Телепрограммы в Дели очень целомудренные. Фильмы с откровенными сценами здесь не берут, а если и берут, то эти сцены стыдливо вырезают. А показать порнографию, чем нередко после полуночи грешат некоторые российские телеканалы, никому не придет в голову и в страшном сне. Дальше купальников дамочки на экране не оголяются.

Кстати, нравы в Индии сами по себе строгие, и индианок в купальниках можно, пожалуй, увидеть только по телевизору. Даже в аквапарке они одевают специальные купальные платья, где частично прикрыты ноги и наглухо задрапирована грудь.

Что же касается индийского телевидения вообще, то в целом оно оставляет самое приятное впечатление. Каналы на любой вкус - и детские, и информационные, и музыкальные, и познавательные, и религиозные, и еще Бог весть какие. Говорят, при этом индиец, не знающий хинди и английский, может при желании подобрать канал, который вещает на языке его родной провинции.

ДЖАЙПУР - ГОРОД СЛОНОВ

Дожди заканчиваются также неожиданно, как и начались, и вновь устанавливается безоблачная, почти жаркая погода. Она как раз совпадает со временем, которое все с нетерпением ждали - экскурсией в города Джайпур и Агру.

Экскурсия начинается совсем рано - можно сказать, почти ночью. Я выхожу из отеля, когда еще сладко спит и портье, и устроившиеся на теплом асфальте собаки.

Автобусы отправляются в пять утра. Учитывая дальний путь, нам предоставили специально приспособленные для таких поездок машины - с просторным пространством позади последнего ряда кресел, где стоит холодильник с прохладительными напитками и ящики со всякой снедью. Ко всему этому хозяйству прилагается еще два молодых человека: парень и девушка. Они выполняют роль и гидов, и стюардов одновременно. То что-то весело рассказывают по радио, то разносят по салону пакетики с чипсами и стаканчики с кофе.

Впрочем, меня мало интересуют и веселые рассказы, в которых я не понимаю ни одного слова, и кофе, и даже разносящая его очаровательная девушка, которая, видимо, специально, чтобы не приставали влюбчивые мужчины из числа туристов, одела в поездку красную майку с выразительной надписью большими белыми буквами "NO!". Меня больше привлекает вид из окна. Все чаще по бокам дороги шелестят утренней прохладой джунгли, а на полянках среди зарослей субтропических деревьев и кустарников полыхают костры, разожженные обитателями полиэтиленовых лачуг. Кажется, что мы уже давно за пределами города, как вдруг на перекрестке вновь возникают коробки многоэтажных домов и бетонные остовы строящихся акведуков. Создается впечатление, что Дели бесконечен.

И все-таки нам удается выскочить за его пределы. Начинается сельская местность, чем-то похожая, а чем-то не очень на нашу отечественную. В Узбекистане обычно в сельской местности так: кишлак, а вокруг него поля. Здесь часто бывает совсем по-другому. Дом, вокруг него поле, неподалеку - другой дом, тоже окруженный полем, и так далее. Получается что-то вроде ранчо.

Дома самого разного типа: и богатые - такие, что хоть сейчас на рекламный плакат, и поскромнее, и вообще очень скромные. Одним словом, кому как повезло. Вдоль дороги то и дело возникают магазинчики, где можно купить свежесобранную сельхозпродукцию, и строения, очень напоминающие автобусные остановки. При ближайшем рассмотрении "остановки" оказываются местом отдыха дальнобойщиков. Под навесом расположилась кухня, а под открытым небом столики и плетеные лежанки для тех водителей, кто хотел бы часок-другой отдохнуть от верчения баранки.

Для тех, кто побогаче, для этих целей есть шикарные мотели, в одном из которых мы завтракаем. И здание, как дворец, и территория с художественно подстриженной растительностью похожа на парк, где гуляют только одни коронованные особы.

Что же касается дальнобойщиков, то такие заведения им не по карману, да и дешевые кафешки под открытым небом они не особенно жалуют. По дороге можно встретить заброшенные "автобусные остановки", а есть и такие строения, от которых осталась только пара стен.

Экскурсанты вертят головами по сторонам в надежде увидеть слонов, но их здесь нет. Впрочем, так и должно быть: слон на поле, засеянном нежными злаками, уместен так же, как и в посудной лавке. Роль гужевого транспорта здесь выполняют верблюды, запряженные в двухколесные повозки. Повозки маленькие, каждая площадочка размером метр на метр и все, но жители индийской глубинки ухитряются взгромоздить на них совершенно фантастических размеров тюки.

У всех верблюдов, независимо от того тащат ли они повозку или примитивный лемех по полю, на мордах написано выражение важности и превосходства. Вот, мол, какой я крутой, раз мне поручили такую работу.

Индийские верблюды- животные гордые и обидчивые. Наблюдаю такую картину: верблюд пытается дотянуться до ветки дерева, но только слегка подцепит ее, как та выскальзывает у него из губ. А верблюд при каждой неудаче так досадливо топает ногой и подпрыгивает от злости, что очень становится похож на неврастеника из человеческого племени.

Что поначалу удивляет в сельской местности, так это не очень хорошее отношение к коровам. В отличие от России и Средней Азии каждая буренка привязана за ошейник веревкой или даже цепью. А на обочине дороги - ба, да неужто это происходит в Индии? - разделывают коровью тушу.

И только приглядевшись, понимаешь, что мордуют тут совсем другую породу животных, хотя и удивительно похожих на коров. Только они не белого, как большинство коров цвета, а черного, и с растущими в завитки рогами. Видимо, это какая-то мелкая порода буйволов, приспособленная для домашних нужд. А на цепь буйволов сажают, чтоб не удирали шататься в компании со священными коровами, которые здесь чувствуют себя также привольно, как и в Дели.

За окном равнинный ландшафт постепенно меняется на горный. На вершинах проплывающих мимо высоких холмов можно увидеть маленькие домики, куда ведут крутые лестницы из белого камня. Скорее всего, это сооружения религиозного толка, на такой верхотуре согласился бы жить только экстремал. Да и верующему, который одолел все эти ступеньки и живым добрался до культового домика, надо давать, как минимум, почетную грамоту.

При въезде в Джайпур мы начинаем встречать слонов. В отличие от верблюдов нагружают их не очень - только небольшой плоский тюк, на котором устраивается погонщик и больше ничего.

Слоны здесь помельче, чем их африканские собратья, но очень веселые. Вижу такую сцену: усталые погонщики устроились в тени, а четыре слона явно по своей собственной инициативе устроили танцульки: выстроились в ряд и почти синхронно трясут ногами, ушами и хоботами. А чего бы им не танцевать, работа не пыльная, так - одно баловство. У некоторых слонов на лбу написан номер. И, судя по этим номерам, слонов в Джайпуре на общественно-полезных работах задействована не одна сотня.

Автобусы останавливаются возле какой-то гостиницы, где мы пересаживаемся на легковые автомобильчики местного производства. Они очень похожи на "газики", только забираться в салон пассажирам надо сзади кузова, там, где, как у грузовиков, есть откидной борт.

Взревев моторами, автомобильчики начинают взбираться в гору. Кавалькада "газиков" истошно трубит клаксонами, но на этот шум никто не обращает внимания: ни местные граждане, ни две лежащих на обочине ленивых священных коровы, ни небольшое стадо свиней, куда на правах своих затесалось две тощих собаки. Стадо проносится мимо, спеша не то в поисках съестного, не то - лужи поглубже, а автомобильчики притормаживают возле ворот крепости, где царствовал какой-то магараджа.

Здесь нас разбивают на три группы и каждой группе дают кодовое имя. Наша называется "негрос". Видимо, потому, что в ней собралось больше всего ярких представителей Африканского континента. Впрочем, представители иногда отстают, тогда впереди идут только европейцы и азиаты, и, когда гид кричит "негрос", "негрос", американские туристы смотрят на них c недоумением, пытаясь угадать на лицах признаки негроидной расы.

И сама крепость, имеющая название "Амбер Форт", и дворец внушают уважение своими размерами. Побелить бы кое-где почерневшие от времени стены и можно смело снимать исторические фильмы.

В своем рассказе об этом очаге культуры гид особо акцентирует внимание на магарадже, который, хотя и был, как я понял, индуистского вероисповедания, имел по мусульманскому обычаю двенадцать жен. Особенно такие истории нравятся туристкам, и они жадно ловят каждое слово. А затем восхищаются магараджей: у каждой жены свои покои с отдельным входом, никому не известно, к которой он заглядывал ночью, - джентльмен да и только. Я же думаю по-другому. Отдельные покои и входы магараджа сделал не только затем, чтобы его жены не передрались друг с другом. Это еще давало ему прекрасную возможность запереться в своих комнатах в одиночку и, спокойно попивая местные напитки, отдохнуть от такой оравы.

Что больше всего нравится в Амбер Форте туристам, так это прекрасный цветник, слоны, на которых за плату можно покататься, и компания обезьян на верхних ярусах дворца. Особенно, конечно, по душе приходятся обезьяны. Они без всяких капризов дают сфотографироваться рядом с ними и не требуют за это доллары и рупии.

Обезьяны кажутся настолько ручными, что кто-то из экскурсантов даже хочет подергать одну за хвост. Но только его рука приближается к хвосту, как животное выразительно ощеривает острые зубы, в результате чего хвост так и остается недернутым.

Со смотровой площадки крепости открывается прекрасная панорама. С одной стороны можно обозревать город. Все крыши домов здесь, как, впрочем, и в Дели, плоские, приспособленные под места отдыха. Где люди загорают, где обедают. Становится немного обидно за наших отечественных архитекторов. Солнца в Узбекистане не меньше, чем в Индии, количество дождей за год можно по пальцам пересчитать, а крыши или покатые, или используются только для установки телевизионных антенн. Сколько полезной площади пропадает зря!

А с другой стороны можно полюбоваться видом на озеро с небольшим островом посередине. На острове разбит сад с отделанными мрамором клумбами. Этот сад был личным местом отдыха магараджи - здесь, пройдя по перекинутому от крепости мостику, гулял только он сам или, в крайнем случае, с одной из своих жен. Слова гида подтверждает единственная скамеечка, которой нашлось место на острове. И еще магараджа запрещал всем купаться в озере, плавал здесь только в гордом одиночестве. А сейчас в озере, как бы надсмехаясь над феодальным эгоистом, с удовольствием плескается с полдюжины слонов.

Магараджа был редким оригиналом, наверное, потому, что хотел как-то выделиться перед своими собратьями. Куда ни кинь взгляд со смотровой площадки - везде на вершинах гор можно увидеть такие же крепости, как и у него. Магараджей, судя по обилию этих крепостей, было в Джайпуре, как собак в Карол Багхе.

И все магараджи, наверняка, хотели утереть нос соседу каким-нибудь фортелем. Больше всего это удалось феодалу, строение которого мы осматриваем, когда уже пересаживаемся с автомобильчиков обратно в автобусы.

Свой дворец магараджа построил посреди большого озера. Говорят, сделал это во время засухи, когда водоем обмелел. Потом вода поднялась, и получилось очень необычное строение, куда можно добраться только на лодке. И врагам достать магараджу в таком замке проблема, и гости не особенно донимают.

ХОРОШУЮ РЕЛИГИЮ ПРИДУМАЛИ ИНДУСЫ

Обедаем в пятизвездочном отеле, находящимся за городом. Сам отель описывать не буду - пять звездочек есть пять звездочек. Что больше всего здесь запоминается, так это швейцар и пейзаж. Швейцар одет в цветастый гвардейский мундир и имеет такие усы, каких не было, пожалуй, даже у самого товарища Буденного. А пейзаж из парка с мраморными беседками открывается изумительный: невысокие горы, покрытые лиственным лесом. Он так удивительно напоминает об Узбекистане, что я даже не рискую сфотографироваться на его фоне. В Ташкенте обязательно найдется два-три умника, которые будут утверждать, что фотография снята в окрестностях Ходжикента, и даже клясться, что точно знают место, где сделан снимок.

Следующий объект, куда нас везут, тоже крепость-дворец. Но этот исторический комплекс самый большой из тех, что мы видели в Джайпуре. И при этом приведенный в идеальный музейный порядок: все тщательно покрашено и расписано, а на стенах коридоров висят красочные картины.

Что в первую очередь привлекает внимание, так это два огромных сосуда во дворе. Сосуды эти попали в книгу рекордов Гиннеса - на изготовление каждого пошло по триста с чем-то килограммов серебра. Удовольствие, конечно, дорогое, зато магараджа и его близкие пили воду, которая гарантировала их от революции в желудках.

После осмотра серебряных сосудов получается так, что все группы распадаются на составные части и разбредаются кто куда. Я помню по пояснениям гида, что нам положено осмотреть музей текстиля и, как добропорядочный экскурсант, руководствуясь информационными табличками, направляюсь знакомиться с изделиями местного ткацко-прядильного производства.

На балкончике, предваряющем музей, скучает наша неотразимая стюардесса в красной майке с выразительной надписью. Она что-то мне говорит по-английски, на что я отвечаю заученной фразой "Ноу спик инглиш". Услышав это, девушка не отстает от меня, а, наоборот, даже где-то воодушевляется, и, что-то горячо объясняя, тащит меня к текстильным экспонатам.

Вообще индийцы в этом плане меня сильно удивляют. Им говоришь, что ты полный дуб в английском языке, а они в ответ начинают еще больше сыпать английскими фразами, как будто от этого на тебя снизойдет озарение и ты станешь понимать абракадабру, которой тебя пичкают.

Но в этом случае, как ни странно, я девушку понимаю. Наверное, потому, что я переспрашиваю ее при помощи жестов, а она также жестами подкрепляет свои английские слова. Во время экскурсии выясняется, что магараджа Манг Сингх Второй, что здесь жил, был по сравнению с остальными своими коллегами совсем молодым - 1923 года рождения. А музей текстиля отнюдь не заведение, где демонстрируется продукция местной ткацкой фабрики. Это музей одежды магараджи. Девушка показывает мне вещички, в которых он ходил. У Сингха Второго денег, действительно, куры не клевали - что не одежка, то обязательно щедро расшита нитью из золота. Жена, правда, была у него одна, но зато к ней приставлено с дюжину служанок. Восковые фигуры и жены, и служанок демонстрируются в зале, отгороженным от посетителей стеклом. По жестам девушки я понимаю, что служанки расчесывали жене магараджи волосы, мыли ноги, одевали украшения и вообще прилагали все усилия, чтобы та померла от скуки.

А сам магараджа, оказывается, был весьма продвинутым человеком. Активно участвовал в борьбе за независимость Индии и увлекался конным поло: тем же английским гольфом, только в экстремальном варианте - на коне. И помер тоже на коне - во время очередного поло в Лондоне в 1970 году.

Потом из любопытства я спрашиваю пойманных мной на выходе русскоязычных представителей СНГ - правильно ли я понял объяснения девушки или нет. Те переводят мои вопросы и говорят: правильно. Нет, все-таки английский язык, подкрепленный жестами - великая вещь.

Вечереет, и мы отправляемся в отель, где нам предстоит ужинать и ночевать. У входа нас встречает улыбчивая девочка с чашечкой в руках. В чашечке - красная краска, девочка туда окунает палец и оставляет им пятнышко на переносице каждого перешагнувшего порог гостиницы. Правда, не всегда ей это удается. Многие экскурсанты, не поняв в чем дело, шарахаются от девочки, как черт от ладана. Зато следующую процедуру - одевание служителями отеля гирлянды из желтых цветов на шею - все уже воспринимают спокойно, поняв, что это часть обычной церемонии по встрече новых постояльцев.

Затем мы получаем ключи с прикрепленными к ним большими бронзовыми колокольчиками, и попадаем на территорию отеля. Отель оказывается весьма оригинальным - все здесь стилизовано под древнюю Индию. Номера - отдельные домики, выглядящие, как старинные жилища: расписанные индийскими узорами, с огромными деревянными мотыгами у входа. Да и внутри тоже все деревянное и стилизованное, с красивыми ковриками на стенах. Парвина дает меткое, но несколько обидное название столь необычной архитектуре и убранству: юрта. Единственное, что индийцам здесь не удалось приспособить на экзотический лад, так это телевизоры и ванные комнаты. Они так и глядятся, как в обычных отелях.

Программа вечернего отдыха в отеле довольно насыщенная. Сначала коктейль, потом ужин, а затем прогулка по парку. Во время коктейля, где щедро и бесплатно разливаются спиртные напитки, проводится шумная дискотека. Кто не хочет танцевать, может посидеть за столиками под открытым небом и в полумраке послушать пение местного самодеятельного ансамбля. Это трио - мужчина и две женщины. Однако, при более внимательном рассмотрении выясняется, что трио несколько дутое. Мужчина играет на каком-то смычковом инструменте, одна из женщин стучит в барабан, и оба они честно поют. А вот дамочка посередине явно для численности - она ни на чем не играет и не поет, молчит, как немая, то и дело качая или кормя грудью маленького ребенка.

Вслед за ужином начинается веселое времяпрепровождение в находящемся за забором парке. Здесь можно покататься на слонах и верблюдах. За вход с камерой плата отдельная, за катание тоже - 20 рупий. Но цена сравнительно небольшая, так что катаются все.

По утру, когда мы уже выходим из ворот гостиницы к автобусам, обнаруживается не совсем приятная для человека с советским воспитанием вещь: напротив отеля, где провести вечер и ночь стоило на каждого постояльца по полторы сотни долларов, находится пустырь с полиэтиленовым городком для бездомных. Оборванные детишки окружают ринувшихся к ним вооруженных фотокамерами экскурсантов, выпрашивая на пропитание. Просят, конечно, не так, как профессиональные попрошайки в Карол Багхе - скромно и ненавязчиво. Но все равно оказывается как-то не по себе, когда видишь, как вызывающая роскошь соседствует со столь же вызывающей нищетой.

Прежде чем расстаться с Джайпуром, мы посещаем еще одну достопримечательность - знаменитый храм Бирла Мандир. У подножья обвитой крепостными стенами горы расположился уютный парк, центральное место в котором занимает восхитительное мраморное сооружение с крышей, которая своей формой напоминает папскую тиару. Храм действующий, здесь тоже положено снимать обувь. Это, правда, не касается носок, которые те, у кого они есть, по причине прохладной утренней погоды предпочитают оставить на ногах.

Внутри храма, в той стороне, где в христианских церквях находится алтарь, ниша с двумя большими фигурами - мужчины с четырьмя руками и женщины с двумя. Фигуры сделаны и разукрашены так, что и слов не подберешь описать, да и про остальное убранство ниши можно сказать то же самое.

А моления проходят вопреки всей роскоши и великолепию Бирла Мандира очень скромно и демократично. У входа на ступеньках пять женщин поют нескончаемую песню, в самом храме не видно священнослужителя, а верующие, сложив ладошки у подбородка, что-то бормочут себе под нос. При этом никто не обращает никакого внимания на разгуливающих вокруг зевак-туристов.

Побродив по просторным мраморным террасам, окружающим Бирла Мандир, приглядываюсь к его внешней отделке. Каждая плитка украшена резным барельефом, изображающим какую-нибудь фигуру. А по бокам входа, посреди мраморных беседок стоят две статуи, тоже сделанные из мрамора. Это мужчина и женщина, которые скромно, как и верующие в храме, сложили ладошки у подбородка. Работа очень тонкая, просто приятно посмотреть. Да и парк вокруг Бирла Мандир, украшенный зеленью и беседками из белого камня, оставляет самое радужное впечатление. И, выходя за ворота, почему-то вспоминаешь слова из песенки Высоцкого: "Хорошую религию придумали индусы".

«КРОЛИКИ» НА ДОРОГАХ

От Джайпура до Агры всего километров двести. Мы рассчитываем их проехать часа за три, но не тут то было. Дорога оказывается на редкость отвратительной: очень узкая, да еще в колдобинах, залитых водой. Колдобины автобус преодолевает медленно, раскачиваясь, как корабль в штормовую погоду. А когда колдобин нет, водитель начинает наверстывать потерянное на них время, лихо обгоняя двигающиеся впереди машины и мотоциклы. При этом он постоянно перестраивается с левого ряда на правый и метит прямо в лоб идущему навстречу транспорту. Иногда такое происходит и в тот момент, когда обгонять некого. Конечно, это Индия, здесь видели и не такое, но на всякий случай встречный транспорт усиленно сигналит: а, вдруг, у водителя автобуса поехала крыша, и он решил пойти на таран?

По дороге нам объявляют шопинг, для чего специально привозят в расположившийся возле шоссе (если его, конечно, так можно назвать) магазин. Восхитительное здание, восхитительное убранство и восхитительные цены. Восхищающие прежде всего цифирьками на ценниках - в двадцать, тридцать, а то и пятьдесят раз выше реальной стоимости вещи, будь то одежда, сувенир или женское украшение. Вокруг магазина раскинулись бескрайние сельскохозяйственные поля, поэтому сразу невольно возникает сравнение этого торгового заведения с фермой. С фермой, где разводят кроликов. А кролики - это мы и другие туристы, которых то и дело привозят сюда многочисленные автобусы.

Я еще в Джайпуре обратил внимание, что шопинг нам организовали тоже возле крайне дорогого магазина. Когда же возле входа в Бирла Манди обнаружилась маленькая торговая точка, где можно было по приемлемой цене приобрести женские украшения с драгоценными камнями, никто из представителей туристической формы шопинга сделать не предложил.

Тут и сомневаться нечего - у туристических фирм, или, по крайней мере, у водителей автобусов договор с подобными дорогущими магазинами. Водители привозят в них иностранных туристов - вдруг, какой простак из штата Юта что-нибудь купит? - а магазины за каждую партию "кроликов" платят им определенную сумму. Это дополнительный заработок и, естественно, что сопровождающие нас сотрудники NIIT вынуждены хранить дипломатическое молчание. Если объяснят нам что к чему, то туристическая фирма вряд ли в следующий раз предоставит институту автобусы и своим коллегам передаст, чтобы с болтунами из NIIT больше не связывались.

Становится понятно и то, почему торговцы сувенирами, окружая автобусы с туристами, ломят несусветные цены. Эти цены все равно значительно ниже, чем те, что в "кроличьих" магазинах. Представьте себе, что туристу приглянулась в таком магазине какая-то вещичка, но смутила цена: восемь тысяч рупий - почти двести долларов. Турист в задумчивости возвращается к своему автобусу, и тут к нему подбегает добренький дяденька, который такую же вещичку, пусть и не столь тонкой работы, предлагает по цене в десять раз меньшей - всего за тысячу рупий. Турист может подумать, что ему крупно повезло, и выложить деньги, не торгуясь. Хотя на самом деле тот сувенир, что он купил, и сотни не стоит.

Не знаю, удалось ли развести в магазине-ферме американских "кроликов"-туристов, подъехавших вслед за нами, но со слушателями курсов такой фокус не прошел. И денег у всех не так много, да и не первый день в Индии. Так что, сохранив свои рупии до торговых точек с более приемлемыми ценами, все опять рассаживаются по автобусам.

За окном снова проплывают сельские пейзажи, иногда проезжаем поселки и маленькие городки. Особенно запоминается один, самый большой из них. Все здесь напоминает декорации к фильму о начале двадцатого века. Нагромождение обшарпанных строений, неказистые базарные лотки, дощатая будка-парикмахерская без двери, где цирюльник бреет обросшего щетиной гражданина, огромные лужи и копошащиеся среди отбросов бродячие собаки и свиньи.

Свиньи почему-то очень мелкие - раза в четыре, а то и в пять меньше своих каролбагхских сородичей. И почему-то без присмотра. Не то живут здесь на правах бродячих собак, не то просто хозяева их выставили за дверь на самостоятельный прокорм.

Хозяйка дорог - священная корова

В местности, которую мы проезжаем, вообще вся живность мелкая. И свиньи, и козы, и даже коровы. Кстати, животные белого цвета и с загнутыми как надо рогами, но тоже наравне с буйволами содержащиеся на привязи, ставят меня в тупик. Не то это какая-то порода антилоп, удивительно похожая на коров, не то проделки священного быка, забравшегося в стадо буйволих. Детишки получились как две капли воды похожи на папу, но вот статус коровьей святости при этом не приобрели.

И только при въезде в Агру мы встречаем настоящих священных коров. Их уже не спутать с той мелкотой, что я видел по дороге. Огромные, раздобревшие от хронического безделья животные. А на мордах выражение смеси таких чувств, как скука, лень и невероятное нахальство.

Посещение магазина с драконовскими ценами и сделанные на основе этого выводы оставляют в моей душе неизгладимое впечатление. И по дороге в Агру я прикидываю, как вести себя заезжим иностранцам с индийскими торговцами, снующими в местах скопления туристов. В результате этих размышлений вырабатываю пять заповедей, которыми совершенно бесплатно могу поделиться с неискушенными новичками.

Заповедь первая. Если вы едете в Индию и собираетесь там что-то покупать, обязательно пройдитесь по отечественным магазинам. Найдите вещи, аналоги которых вы хотите приобрести, посмотрите цену. Сделайте скидку на магазинную наценку, транспортные расходы, таможенные пошлины и маржу поставщика. Как правило, похожий товар в Индии можно купить минимум в два раза дешевле. Если же вы не знаете, по какой приблизительно цене продается в Узбекистане приглянувшаяся вам вещь, то рискуете купить эту вещь за такие деньги, что по возвращению домой над вами все будут смеяться

Заповедь вторая. Обязательно переводите цену, которую вам предлагают, с рупий на отечественные сумы. Если иметь в виду курс валют, бывший осенью 2005 года, то количество рупий надо умножить на 26. Это поможет вам правильно сориентироваться и не быть сбитыми с толку назойливыми продавцами.

Заповедь третья. Деньги, особенно если они у вас крупными купюрами и требуется сдача, доставайте только тогда, когда торг окончен. Если вы их уже достали, но рассчитываете еще сбросить цену, то все, пиши пропало - продавец, понявший, что вы решили купить понравившуюся вам вещичку, больше не уступит и одной рупии. Поэтому деньги лучше иметь мелкими купюрами и демонстрировать только ту сумму, за которую хотите приобрести товар. Тогда уже можно рассчитывать на обратный эффект - завидев вполне устраивающий его набор купюр, продавец не удержится и продаст вам товар не как иностранному "кролику", а как обычному индийскому покупателю.

Заповедь четвертая. Никогда не отправляйтесь за покупками в одиночку, обязательно берите с собой напарника. Штурмующие со всех сторон продавцы способны помутить разум любому здравомыслящему человеку. Избавленный от такого назойливого внимания напарник - здесь за километр чувствуют реального покупателя - может, когда вы соглашаетесь на определенную цену, со стороны спокойно оценить ситуацию и вовремя подсказать правильно ли вы делаете или хотите свалять дурака.

И пятая заповедь. Если уж остались одни, никогда не показывайте, сколько у вас с собой денег. Увидев содержимое вашего кошелька, индийские специалисты по разведению "кроликов" не успокоятся, пока не вытянут оттуда все до последней рупии.

ЭКСПЕРИМЕНТЫ СТОЯТ ДОРОГО

Составив заповеди для отечественных туристов, я решаю пойти на эксперимент - нарушить их все. Подходящее местечко обнаруживается в тот же день - возле мечети Фахтепур Сикре в Агре.

Торговцев всякой всячиной здесь больше чем достаточно, а на лестнице стоит гражданин, который бойко заговаривает со всеми по-русски. Гражданин очень похож на знакомую мне темную личность из Карол Багха, только с усами. Одним словом, если эксперимент проводить, то лучше всего сейчас, пока для этого есть настроение.

Я достаю редакционное удостоверение, вкладываю его в пачку узбекских сумов, сумы в несколько купюр по сто рупий, а поверх них еще две бумажки по пятьсот. Получается весьма внушительная пачка. Эту пачку я кладу в нагрудный карман рубашки, а в карман джинсов запихиваю пятидесятирупиевую купюру - мой стандартный гонорар за услуги темных личностей. После этого закуриваю сигарету и, изображая из себя простодушного ротозея, жду, когда последний экскурсант, сняв обувку, скроется в воротах религиозного комплекса.

Фатехпур Сикре, как и Масчжид Джами в Дели, поражает своим великолепием и очень похож на своего собрата в индийской столице. Тот же красный камень, такие же красивые башенки. Разве что в просторном внутреннем дворе есть еще одно сооружение - небольшая мечеть из белого мрамора. Глядя на нее, еще раз убеждаешься, что индийцы обладают редким вкусом - белое здание прекрасно сочетается по цвету с красными стенами и придает всему комплексу неповторимый колорит.

Пока я все это про себя отмечаю, ко мне начинают подтягиваться оставшиеся без покупателей торговцы. Если у тебя нет желания что-то покупать, то от торговцев избавиться просто: погасить на лице улыбку и, не переходя границ вежливости, очень решительным голосом говорить "Ноу". В таком случае особо донимать они не будут, особенно если поблизости есть другие потенциальные "кролики". Но у меня другая задача. И я, застенчиво улыбаясь, начинаю прицениваться к браслетам из поделочных камней.

Я нарушил сразу две заповеди - остался один и поинтересовался товаром, о цене которого в Ташкенте не имею ни малейшего представления. Торговцы тут же чувствуют это и начинают заламывать несусветные цены. Я неуверенно говорю, что пятьсот рупий за одну пустяковую вещицу дороговато, торговцы, уловив в моем голосе слабинку растерявшегося человека, цену не скидывают, но добавляют к первоначально выбранному ожерелью новые, сообщая липкими голосами, что это "в подарок". В итоге за пятьсот рупий я могу купить уже не одно украшение, а пять. При этом торговцы своей напористостью, которая будет почище перекрестного допроса из полицейских боевиков, так заморачивают мне голову, что я уже совсем неспециально нарушаю еще одну заповедь - забываю перевести рупии в сумы. И, прикидывая, что плачу всего раза в полтора дороже реальной цены, эффектным жестом вытаскиваю из кармана пятисотрупиевую купюру. А при этом еще задерживаю клапан рубашки открытым на время, достаточное, чтобы все увидели толстую пачку купюр, первой из которых тоже идет бумажка, где написана цифра "500".

Держа в руках деньги, я пробую еще поторговаться, но это бесполезно - больше браслетов в подарок мне не предлагают. Зато остальные торговцы приходят в неистовство, окружают меня плотным кольцом и буквально умоляют купить у них всевозможные товары по самым запредельным ценам. Не заставляет себя ждать и темная личность с усами. Усач протягивает руку, сообщает, что его звать Роберт, и любопытствует, почем я взял набор украшений. Узнав цену, восхищенно замечает, что купил "очень хорошо", а я, так как уже успел помножить пятьсот рупий на 26, про себя отмечаю, что Роберт весьма примитивный мошенник.

Мне заходить на территорию Фатехпур Сикре не обязательно, все, что нужно, я уже увидел, но я провожу эксперимент и должен себя вести, как типичный "кролик". Поэтому вежливо сообщаю Роберту, что рад познакомиться, но очень тороплюсь, потому как мне надо догонять свою группу. Мне любопытно, какой метод облапошивания предпримет местная темная личность. Естественно, что личность попавшего в его лапы "кролика"отпускать не собирается. Сообщает, что "Роберт и Виктор - братья", после чего увязывается за мной на территорию комплекса.

- Зачем тебе группа? - рокочет Роберт. - Я сам все скажу. Вот одни ворота, вот другие. А вот это построено из белого мрамора.

Темная личность, вроде, решила выступить в роли экскурсовода, однако дальше этой информации мои познания о Фатехпур Сикре не идут. Роберт ловко отшил всех торговцев, оставив только одного - скромного парня, торгующего гранатовыми ожерельями. Парень теперь плетется рядом, а Роберт, забыв о выбранной себе роли гида, заламывает за его товар фантастические цены. "Экскурсия" под руководством темной личности идет по прямой, заканчиваясь в дальнем углу музейного комплекса.

- Здесь мой магазин, - хвастливо говорит Роберт, показывая на разложенный на каменном полу товар. И тут же предлагает купить мраморного слоника за такую сумму, что у настоящего хозяина этого сувенирчика округляются глаза.

Ну что ж, с Робертом все ясно. Никакого магазина у него, конечно, отродясь не было, это типичный "сайгак". Только в отличие от наших "сайгаков", он понаглее и, как я уже отметил, попримитивнее.

Все, изображать дальше дурачка и прицениваться к слоникам у меня нет времени - скоро отъезжают автобусы. Чтобы ускорить процесс наступления момента, когда темная личность начнет просить деньги за свои услуги, перехватываю русскоязычного экскурсанта и громко спрашиваю, по хорошей ли я цене взял браслеты. Экскурсант ухмыляется: переплатил втрое. А у меня появляется прекрасный повод слегка обидеться на Роберта - он же сказал, что я купил "очень хорошо".

Я с расстроенным видом хочу направиться к выходу, показав тем самым, что насчет цены слоников да и ожерелий у меня появились сильные сомнения. Тут темной личности уже деваться некуда, и Роберт тоже начинает форсировать события, довольно прямолинейно потребовав деньги за проведенную им экскурсию. Я интересуюсь, сколько ему надо. И услышав в ответ сумму в долларах, несмотря на то, что сам затеял эксперимент, начинаю злиться. Причем не столько на редкую наглость Роберта, сколько на то, что не могу купить очень понравившееся мне гранатовое ожерелье. С его хозяином - скромным парнем я бы быстро договорился за реальную цену, но ожерелье в кармане у темной личности.

В отместку решаю снизить Роберту запланированную сумму гонорара. Сообщив, что обязательно за все рассчитаюсь и все куплю, только посоветуюсь с друзьями, тащу босую темную личность метров триста по острым камням до наших автобусов, где перехватываю в долг мелкие купюры.

Сначала по ошибке сую Роберту десятирупиевую бумажку. Поняв, что по большому счету его самого развели, как кролика, темная личность поворачивается и уходит в страшном раздражении и обиде. Но я все-таки его догоняю и всовываю в лапу двадцатку - как никак заслужил. А была бы на моем месте какая-нибудь простодушная дамочка - осталась бы с пустой сумочкой. У нее бы просто не получилось отвязаться от "сайгака" Роберта и купить что-то по реальной цене.

Не было бы темной личности, положение было бы ненамного лучше. Продавцы насели бы таким плотным кольцом, так бы заморочили голову, что дамочка все равно бы купила у них какую-нибудь ерунду раза в два-три дороже. Мне не раз приходилось видеть, как выбранная торговцами жертва сначала пытается отбиваться, потом задумывается и в итоге платит за копеечную вещицу сумасшедшие деньги.

Эксперимент в общей сложности обошелся мне в десять долларов убытка, зато, надеюсь, собравшиеся в Индию соотечественники, прочитав эти строки, сэкономят в своих кошельках гораздо большие суммы.

СОКРОВИЩЕ АГРЫ

Утомительная дорога заняла почти весь день, и после посещения Фахтепур Сикри нас везут в пятизвездочный отель "Джипи палас". У входа такая же традиционная процедура, как и в стилизованной под деревушку гостинице в Джайпуре: красная точка на лоб и ожерелье из цветов на шею. На этот раз поднабравшиеся опыта слушатели курсов уже не отказываются от того, чтобы их лбы мазали краской, а ожерелья, которые одевают гостям служащие отеля, из разных цветов и выглядят более оригинально.

Гостиница с парадного входа выглядит не очень большой, но первое впечатление обманчиво. Это огромное здание в несколько ярусов, где легко заблудиться. Вторые двери в номерах выходят на просторные балконы или, как у нас с Дильшодом, в парк с бассейнами и скамеечками. Однако, нас строго предупреждают: эти двери держите закрытыми. В данном случае надо опасаться не ящериц-круглоголовок, а обезьян. Так их не видно, разве иногда несколько особей важно продефилируют по ограде отеля, стилизованной под крепостные стены. Но стоит только зазеваться, как обезьяны окажутся тут как тут, заберутся веселой компашкой в номер и устроят там такой тарарам, что всем чертям станет тошно.

Вечером перед ужином - коктейль с дискотекой. Руководитель проекта мистер Викас выступает в роли массовика-затейника: организует танцы и вытаскивает на танцплощадку стесняющихся. От него не отстают и другие сотрудники NIIT, прилагая все усилия, чтобы экскурсантам было весело. К столикам то и дело подходят официанты, предлагая очень вкусные кусочки мяса не то птицы, не то свинины. Вслед за дискотекой по распорядку ужин, но какой ужин после такой еды.

Пока идет дискотека, за окнами начинается проливной ливень. Возвращаясь в номер, с вожделением жду, когда выйду на открытую галерею, чтобы вдохнуть озонную прохладу. Но вместо желанной прохлады меня обдает таким душным влажным воздухом, как будто я попал в парник. В Дели дождь более-менее похож на дождь, а здесь впечатление такое, словно с небес льется кипяток.

Утром - посещение основной цели нашей поездки: знаменитого Тадж Махала. Специальные автобусы, вроде самаркандских коробочек "Автойул", подвозят нас к красным крепостным воротам. Охраняют главную достопримечательность Индии также бдительно, как Ред Форт: у входа солдаты с американскими винтовками М-16, опять две очереди - отдельно мальчики, отдельно девочки - и проход через металлоискатель.

Бомбы с собой из нас, слава Богу, никто не привез, поэтому мы благополучно попадаем внутрь. Территория огромная, пожалуй, сравнима по размерам с Ред Фортом. Здесь много больших зданий, построенных в восточном стиле из красного камня и очень похожих на здания Масчжид Джами и Фахтепур Сикре.

Но центральное место в этом историческом комплексе, конечно же, занимает Тадж Махал - огромное сооружение из белого мрамора. Оно построено так, что со всех четырех сторон глядится одинаково. Классическая куполообразная крыша, на каждом углу башни с куполами поменьше. А напротив каждой башни, точнее, угла здания, стоит по одному белоснежному минарету.

Глядя на это мраморное чудо, сразу вспоминаешь название повести Конан Дойля "Сокровища Агры". Речь в повести шла о драгоценностях, но любые драгоценности - пустяки по сравнению с таким сооружением. Вот это и есть настоящее сокровище Агры.

Двигаясь к этому сокровищу по длинным мраморным ступенькам экскурсанты с воодушевлением фотографируются и, чтобы не снимать обувь, одевают выданные у входа бахилы. В Тадж Махале в некоторые дни проходят религиозные службы и порядок с штиблетами здесь такой же, как и во всех остальных религиозных заведениях Индии, что мы видели.

С Тадж Махалом связана романтическая история. Шах Джахан - тот самый, что построил Ред Форт, действительно очень любил свою жену. И когда та преждевременно умерла, был в страшном горе. В память о супруге он и решил построить Тадж Махал. Многие не одобряли затеи Шах Джахана, даже называли его сумасшедшим, но он все равно построил это великолепное произведение архитектуры.

Правда, сентиментальность Шах Джахана распространялась только на жену, а по отношению ко всем остальным он был таким же феодалом, как и его коллеги. В частности, легенда гласит, что Шах Джахан, чтобы больше такой архитектурный шедевр нигде не был построен, приказал отрубить мастерам руки.

Прогулявшись вокруг Тадж Махала, любуюсь видом реки, плещущейся у подножья здания, и захожу внутрь. Посреди единственного зала - два надгробья: жены Шах Джахана и его самого. Надгробья окружены узорной решеткой, чтобы любопытные не лапали святыни потными руками. Но на самом деле посетители видят только копии захоронений. Настоящие могилы внизу, в подвале, спуск куда тоже закрыт решеткой. Но если согнуться в три погибели, что многие и делают, то можно увидеть и их.

Так что Тадж Махал, если отбросить его архитектурно-историческую ценность, сродни египетским пирамидам, служившим местом захоронения фараонов. Вот это многие, кто даже читал про Тадж Махал какие-то материалы, здесь узнают впервые.

Индийцы очень гордятся этим памятником старины. И не просто гордятся, а всячески его рекламируют: изображение "храма влюбленных", как его называют некоторые энтузиасты индийской культуры, можно увидеть на коврах, различных плакатах, экране телевизора. В итоге слава об этом сооружении разошлась кругами по всему миру и многие туристы специально приезжают в Индию, чтобы только увидеть Тадж Махал. А индийцы за билеты на вход на территорию своей святыни берут такие деньги, которые сравнимы по цене только со стоимостью билетов в первом ряду на концерт Аллы Пугачевой.

Последний взгляд на Тадж Махал и все - пора ехать в Дели. Агра провожает нас очередным проливным дождем. С неба бесконечно льются такие потоки воды, что вся живность в панике пытается от них спрятаться в укрытие. В памяти навсегда запечатляются две козы, прижавшиеся к воротам дома, огромная священная корова, забравшаяся до половины по ступенькам под навес магазина и положившая морду на прилавок. На морде коровы - добродушно-нахальное выражение: не возмущайтесь, граждане, не то заберусь целиком и разворочу вашу лавочку за милую душу.

Стоически дождь воспринимают только буйволы и пастухи. Буйволы смиренно гуляют по полям, видимо, считая, что дождь - не худшее зло, которое выпало на их долю, а пастухи сидят на корточках с таким видом, как будто сами себя приносят в жертву.

Что же касается нас, то мало кто рискует выбраться из автобуса и дойти до придорожного ресторанчика, где нам предстоит обедать. Но предусмотрительные индийцы приготовили для этого случая большие черные зонты, которые обслуживающий персонал вручает экскурсантам. Зонтов мало, и персоналу приходится бегать от автобусов до ресторана и обратно. При этом индийцы сами уже махнули рукой на зонты, и их униформа из плотной ткани настолько намокла, что она уже не впитывает воду, и дождевые капли скатываются по ней, как по стеклу.

Все помнят об узкой, с колдобинами дороге из Джайпура в Агру и поэтому с большими сомнениями относятся к предстоящему возвращению в Дели. Но на самом деле никаких проблем не возникает. Шоссе преграждают арки, в каждой из которых будочка, где сидит канцелярского вида индиец. Как я понимаю, в будочках регистрируют автомобили для дальнейшего движения по платной дороге. И платная дорога оказывается просторной, как футбольное поле, с распределительной полосой, посреди которой посажена ухоженная зелень. Действительно, лучше заплатить и ехать по хорошему шоссе, чем бесплатно, но по плохому, гробя при этом и машину, и нервы.

Что запоминается по дороге из Агры в столицу Индии - жилища бездомных. Они такие же невысокие, как и делийские полиэтиленовые лачуги, но сделаны из снопов соломы и смотрятся очень живописно. Такое впечатление, как будто ты попал в сказку. Правда, вряд ли самим обитателям этих жилищ такая сказка нравится.

РЕСТОРАН С ЛЕТАЛЬНЫМ ИСХОДОМ

Родственники, провожая меня в Дели, строго напутствуют: не увлекайся индийской едой, как бы чего не вышло. Наверное, думают, что в Индии такая же экзотическая кухня, как в Китае - блюда, приготовленные из ящериц, змей, скорпионов и тухлых яиц.

Я, честно говоря, сначала по этому поводу ничего не думаю, потому что просто ничего еще не знаю. Но сразу же по приезду в Дели жажду ознакомиться с местным общепитом. Меня по этому поводу волнует много вопросов. Чем кормят здесь в кафе и ресторанах? Какие блюда стоит отведать, чтобы записать рецепт и внедрить индийскую вкуснятину для приготовления в условиях родного Ташкента?

А вкуснятины здесь, судя по всему, пробовать не перепробовать. На каждом углу что-то жарят, парят, раскладывают и разливают по мисочкам и стаканчикам.

Однако нас сразу предупреждают: к местной еде лучше не прикасайтесь. Мы вас кормим проверенной пищей, непротивопоказанной желудку иностранца, а вот что с вами будет в других точках общепита - неизвестно. Поэтому обходите стороной не только все то, что продается на улицах, но и рестораны.

При этом рассказываются всякие жуткие случаи. Особо пугают некоей болезнью под названием "дели-мели". Подцепил какой-то иностранный гурман эту дели-мели в местном ресторанчике и - привет! - так гурмана и не откачали. Одним словом, что для индийца благо, то для европейца смерть.

Так что мои родственники, получается, не зря беспокоились. Однако, пища, что нам дают в ресторане гостиницы "М.С.Редженси", мало чем отличается от той, к которой мы привыкли. Из мясного - жареная курица или ягненок. Рыба - в виде жареных кусочков. В качестве гарнира - вареный рис и различные виды лапши. Все это хозяйство разложено по металлическим судкам. А ты выбираешь, что тебе нравится, и кладешь в большую пластиковую тарелку столько, сколько съешь.

На первое - бульон, обычно куриный. Его принято наливать в небольшую чашечку и просто пить, не прибегая к помощи ложки. Утром - вареные яйца или омлет, сливочное масло и джем.

Мне пища кажется несколько пресноватой, но жители других стран, наоборот, жалуются на некоторую остроту. Ну что ж, здесь готовят не на любителя, а так, чтобы и европеец, и африканец, и представитель любого другого континента смогли поесть и в итоге не помереть с непривычки.

Что же касается действительно острой еды, то судки с ней стоят на отдельном столе, имеющим табличку "Cyili". Вот это уж действительно "чили" так "чили" - если на язык попадет кусочек маленького красного перца, который здесь не жалеют класть в соус к кусочкам мяса, то язык начинает гореть так, как будто его прижгли сигаретой.

Экзотики можно в нашем ресторане отведать только по утрам. Это сок манго и бананы.

Запивать пищу положено чаем или молоком, которые все набирают в специальном автомате, вроде того, что стоит в здании NIIT. Чай здесь только черный, о зеленом, как и в Америке, никто слыхом не слыхивал, зато молоко настолько горячее, что минуты через три после того как оно налито в стаканчик сверху образуется тонкая пенка.

Индийцы, которые живут в отеле, в ресторан, находящийся в подвале не спускаются, только заказывают еду, и им ее приносят в номер. Но едят то же, что и мы. Воодушевившись этим фактом, некоторые отчаянные слушатели пренебрегают строгим напутствием о вреде местного общепита для европейских желудков и посещают один из расположенных поблизости ресторанов. Еда в нем оказывается исключительно вегетарианской. Суп с грибами, шашлык из сыра, сырные шарики с вкусным кисло-сладким соусом, почти похожие на наши овощные салаты и огурцы с помидорами.

Кстати, местные огурцы с помидорами меня не впечатляют. Они кажутся тоже какими-то пресными, как будто выращены в парнике. И пробуя их, я каждый раз с тоской вспоминаю сорт помидоров "Юсуповские". Их бы положить в судки - все слушатели курсов, наверняка, только бы их и ели.

Как затем выясняется, значительная часть ресторанов в Дели вегетарианского толка. Мясо, рыбу и даже яйца здесь едят мало, а многие и вообще не едят. Мне объясняют это так: чем выше человек по своему положению, тем желательнее ему питаться только вегетарианской пищей, да и ее есть поменьше.

Впрочем, в Агре, Джайпуре, а затем и в Дели мне все-таки удается познакомиться с местным общепитом - в придорожных ресторанчиках и ресторанах в пятизвездочных отелях. Заведения это дорогие, с высококачественной пищей, так что руководство NIIT не боится, что кто-нибудь из нас в результате дегустации даст дубу. Мяса здесь, действительно, выбор минимальный - обычно только кусочки курицы, да и то положенные в судок исключительно в расчете на иностранцев. Зато огромное количество закусок из овощей и сыра.

Как я понял, кулинарные эксперименты индийцев направлены, в основном, на эти два продукта. Овощи здесь кладут в пирожки и маленькие запеканки, даже делают из них сладости. Получается довольно оригинально и вкусно. Но овощи я не особенно люблю, поэтому записывать местные рецепты не тороплюсь. Мне по душе больше узбекский шашлык, котлеты по-киевски и селедка "под шубой". К сожалению, о таких блюдах в Индии, наверное, и не слыхали.

Что же касается вегетарианцев, то советую им обязательно съездить в Индию. По возвращению оттуда они смогут столь разнообразить свой стол, что к ним в гости с удовольствием будут наведываться даже те, кого раньше от их овощных угощений воротило, как от касторки.

ДО «ЯШВАНТА» МОЖНО ДОЕХАТЬ БЕСПЛАТНО

Собираясь в Индию, многие при слове "шопинг" презрительно кривятся - мол, я еду в командировку заниматься делом, а не скупать всякое барахло. Однако, в самой Индии происходит парадокс: здесь рано или поздно базарная лихорадка поражает даже самых стойких. И в итоге эти самые стойкие носятся по магазинам, как угорелые, приобретая местный ширпотреб целыми чемоданами. Поэтому еще раз обращусь к "шопинговой" теме. Поделюсь своим опытом, чтобы землякам было легче ориентироваться с покупками в Дели.

Если вы едете в гости, то вам легче - хозяева объяснят, где и какой товар лучше покупать. Но если будете сами по себе, то легко можете оказаться в роли "кролика".

Слушатели курсов вначале в такой роли и оказываются. Те, кто приехал раньше, уже не раз переплатили шустрым торговцам, поэтому не спешат давать новичкам подробные консультации. Мол, голова у тебя на плечах есть, вот и думай где, за что и сколько платить. И только под самый конец своего пребывания в Индии "кролики" уже становятся опытными покупателями и находят в Дели для приобретения нужных вещей несколько торговых оазисов.

Самый популярный из них - универмаг "Яшвант", находящийся на полдороге к зданию NIIT. Добраться до него можно по-разному. К примеру, выйти из институтского автобуса по дороге на занятия. Но большинство слушателей старается занятий не пропускать и ездит в оазис на такси.

Как-то и мы с Дильшодом, Султаном и Парвиной тоже собираемся посетить "Яшвант". Только мы выходим на улицу, как нас окружают водители, желающие подзаработать. Владельцы легковых автомобилей за поездку к "Яшванту" без зазрения совести просят двести рупий, знакомая мне темная личность, которая говорит, что тоже имеет свое средство передвижения на четырех колесах - двести пятьдесят. При этом личность доверительно сообщает, что если ему к оговоренной сумме добавить небольшой подарок, то по дороге он нас еще завезет в парочку "очень хороших" магазинов.

Но все это нереальные цены. Реальная цена - пятьдесят рупий, причем, если ты едешь не один и час дня такой, что с клиентами у таксистов особых проблем нет. А так можно попробовать доехать и за тридцатку. Султан и вовсе договаривается с водителем мотто-такси за бесплатно. Но с условием, что мы по дороге заедем еще в три магазина и проторчим в каждом из них хотя бы минут по десять.

Оказывается, у таксистов есть договора с владельцами дорогих магазинов. Если таксист привез туда иностранных туристов, то вне зависимости от того, купили они что-нибудь или нет, ему полагается определенная сумма. Так что разного рода жучки, вроде каролбагхской темной личности, предлагая туристам отвезти их в "очень хороший" магазин, хотят подоить двух коров сразу.

В мотто-такси забиваемся вчетвером: трое сзади и один еще рядом с водителем - оказывается, здесь на мотороллере и так ездить можно. После чего отправляемся играть роль "кроликов".

Магазины, спорить не буду, действительно очень хорошие. В одном из них нам показывают красивейшие ковры - из шерсти, но с шелковой нитью, отчего они переливаются на свету, и в зависимости от положения к освещению меняют свой цвет. Но цена, конечно, вызывает шок - больше трех тысяч долларов за один коврик размером два на три.

Ювелирные украшения тоже самые наикрасивейшие и тоже шокируют своими ценами. Меня просили привезти из Индии гарнитур из изумрудов, поэтому я, честно играя роль "кролика", прошу показать именно эту продукцию. На прилавок выкладывают серебряный набор с маленькими зелеными камешками. На бирочках написана цена: в общей сложности колечко, сережки и кулончик тянут на четыре тысячи долларов. Симпатичные, конечно, побрякушки, но не по карману ни мне, ни заказчику.

Другие магазины оказываются примерно такими же. С прекрасными, художественно сделанными вещами, но с ценами, которые по силам потянуть только очень богатым людям. Не относящимся к ним жителям Средней Азии остается только хлопать глазами.

Один из этих магазинов похож на настоящий музей: сделанные из металла в натуральную величину львы и священные коровы, разукрашенная завитушками и позолотой мебель. Как бы это не было дорого, но, на мой взгляд, именно здесь нужно закупать вещички для оборудования индийских торговых представительств за рубежом. Увидев такой шикарный антураж, посетители представительства сразу должны осознать, что Индия - серьезная страна и с ней можно иметь дело.

А в другом магазине запоминаются коврики размером метр на полтора. Коврики стоят четыреста долларов за штуку и выдаются за бухарские. Но при ближайшем рассмотрении становится видно, что фактура ни шерсти, ни бахромы по краям ничего общего с изделиями бухарских мастеров не имеет. Как потом выясняется, делают эти ковры действительно, не в Узбекистане, а в Индии, только дизайн бухарский. Но и дизайн, по правде говоря, тоже не совсем бухарский - чувствуется изрядная примесь чисто европейского стиля.

Чтобы не подводить таксиста, мы клятвенно обещаем владельцам магазинов вернуться завтра-послезавтра и купить все ковры с изумрудами оптом, после чего с чистой совестью отправляемся в "Яшвант".

«ЯШВАНТ» - ЗНАЧИТ, «ВОИН»

В этом двухэтажном универмаге разместилось больше двухсот магазинчиков. Торгуют здесь всем, чем угодно, но основная специализация - кожа и ювелирные изделия. Есть магазины, где строго фиксированные цены. Но таких магазинов очень мало. В большинстве торговых точек строгих порядков нет и можно торговаться хоть до умопомрачения. Чем здесь, кстати, большинство покупателей и занимается. Недаром универмаг называется "Яшвант", в переводе с хинди - "Воин". Продавцы "Яшванта" и похожи на воинов - героически отстаивают выгодные цены от натиска нахальных туристов, которые хотят все купить, как говорят в раздражении индийцы, "за бесплатно".

Для представителей СНГ торговаться здесь одно удовольствие - подавляющее большинство продавцов универмага хорошо знают русский язык. А некоторые даже в совершенстве и ненормативную лексику. Причины таких познаний становятся понятны, когда в один из магазинчиков, где мы с Дильшодом прицениваемся к кожаным изделиям, протискиваются два огромных, как старинные купеческие шифоньеры, громилы - самые что ни на есть подходящие типажи для фильмов про московских братков. Ясное дело, такая публика, которая, как можно понять, здесь не редкость, при торге с продавцами особо в выражениях не стесняется.

Продавец предлагает браткам "приплыть" после обеда, но те, весело хохоча, сообщают, что после обеда "поплывут" совсем в другую сторону. После чего отправляются дальше по своим делам, а я прикидываю, сколько же надо таким громилам водки, чтобы "поплыть"? Наверное, ящик на двоих, не меньше.

Братки не обращают на нас с Дильшодом никакого внимания, так же, как ни странно, реагируют на собратьев из СНГ и другие русскоязычные покупатели. Хотя в то же время элементарные приличия требуют, что при встрече с земляком за рубежом надо поздороваться, поинтересоваться, откуда приехал, и каким ветром занесло в такую даль. Дильшод так и пытается сделать: увидев двух дамочек, бойко тараторящих по-русски возле прилавка с серебряными украшениями, вежливо спрашивает: "Девушки, вы откуда?" На что получает грубоватый ответ: "А в чем проблемы?", который перевести можно только так: "А не пошел ли ты бы, мальчик, к чертовой бабушке!"

Так что, дорогие соотечественники, услышав русскую речь в Дели, не спешите вешаться на шею землякам из бывшего Советского Союза. Не то сюда едет такая русскоязычная публика, которой лучше не светиться пустопорожними разговорами, не то в последние годы у россиян возникли серьезные проблемы с культурой.

Завидев потенциального покупателя, продавцы "Яшванта" тут же пытаются их затащить в свой магазин. Самые настойчивые, как правило, оказываются самыми большими шкуродерами. Захожу к одному из таких - он мне предлагает детские брючки из тонкой джинсовой ткани "всего" за тридцать долларов, утверждая, что это экспортный товар. А по понятиям Ташкента его брючки - чистой воды сэкендхенд, за такую цену их на Янгиабадском базаре и десяток не продашь.

Впрочем, есть у "шкуродера" и настоящий экспортный товар - с бирками на русском языке. По качеству - вещи стоящие, но написанные на бирках цены кусаются. За такую цену, что в Дели покупать, что в Москве.

Но таких магазинов в "Яшванте" немного. Продавцы большинства торговых точек предлагают цены, вполне приемлемые для последующей торговли. Меня родственники просили привезти две кожаных куртки, и я выбираю специализированный на таких изделиях магазинчик, куда чаще всего заходят индийцы.

Торгуют, конечно, здесь ребята ушлые. И за куртки сначала ломят такие цены, по которым их можно купить в Ташкенте, если не дороже. Многие, кстати, берут куртки и за такую цену. Но мне родственники на эти цели выделили весьма ограниченную сумму, а также совершенно случайно точно известна стоимость подобного товара в Индии. Кроме того, день субботний, покупателей мало, торопиться ни мне, ни продавцам некуда. Складываю облюбованные куртки в кучу, сажусь на стул и, с тоской вспоминая рассказы о бессребрениках из Шимлы и других сказочных городов, начинаю торговаться.

Торг происходит в сигаретном дыму и с киданием шапок наземь. Продавцы выдвигают нереально высокую сумму, я в ответ - еще более нереально низкую. Один продавец - постарше возрастом играет роль "злого следователя" и то и дело предлагает мне уйти, но сразу же уходит сам. После чего другой продавец, помоложе, шепчет: "Ладно, уступлю еще пять долларов, но бери быстрей, пока брат не пришел". Однако, я не первый день в Индии, меня на такую удочку не поймаешь. И продолжаю героически торговаться, несмотря на "злого" брата, который в этот момент скучает за дверью магазина.

Торг завершается полюбовно, но достаю я из кармана только сумму, выданную мне в Ташкенте для покупки курток - долларов на пять меньше, чем сторговались. Вот мол, все что есть, так что, извини, зайду завтра. Это удар ниже пояса - я уже показал продавцу пачку денег.

Все в итоге заканчивается дружескими рукопожатиями, похлопыванием по плечам и веселым смехом. Ну, что ж, продавцы хотели надуть меня, я их, почему бы не посмеяться? Тем более, что все разошлись довольные - и я уложился в имеющуюся у меня сумму, и магазин в накладе не остался.

Любопытная деталь: продавцы в "Яшванте" в отличие, к примеру, от продавцов ташкентского рынка, не поддерживают друг друга. Завидев меня с объемистым пакетом в руках, работники других торговых точек ревниво спрашивают, почем я взял куртки. И, узнав цену, сочувственно кивают головами: и взял дорого, и кожа в этом магазине плохая.

Тут же рядом появляется юный "сайгак" - есть здесь и такие, работающие по принципу водителей такси и туристических автобусов: купил приведенный им клиент что-то, не купил, а все равно плати деньги. "В этом магазине больше ничего не бери, - жарко шепчет "сайгак", - бери в другом, там куртки всего за двадцать долларов".

В расстроенных чувствах я поднимаюсь вместе с ним этажом выше, но в "другом" магазине опять прихожу в душевную норму: куртки за двадцать долларов такого сэкендхендского вида, что в Ташкенте подобную одежку рискнет натянуть на себя разве что окончательно спившийся бомж.

Неподалеку обнаруживаю Султана, беседующего с хозяином соседнего магазина. Из этой беседы узнаю о дальнейших похождениях братков. Оказывается, они "поплыли" совсем в другом направлении, чем планировали. Один из братков, выбирая серебряные украшения, часть из них стал потихоньку засовывать в карман. Вообще, товары, даже такая мелочь, как ювелирные изделия, во многих индийских магазинах лежат на открытых витринах, без всякого присмотра. И, кажется, что стащить их легче легкого. Но это только на первый взгляд. Индийцы тоже не лыком шиты. Брат владельца магазина заметил манипуляции братка с кольцами и, не поднимая лишнего шума, вызвал полицию, после чего братков под конвоем повели в участок. Одним словом, сколько денег ни имей, а рецидивы трудного детства нет-нет, да и вылезут наружу.

Возвращаемся в Карол Багх по той же бесплатной схеме расчета с таксистами. В каких-то магазинах мы уже были, в какие-то попадаем в первый раз. Что мне больше всего в них нравится: вышитые на ткани картины. На их отделку пошли не только дорогостоящие нитки, но и драгоценные камни. К примеру, взять полотно с изображением Тадж Махала. По периметру картины искусно вделаны средних и крупных размеров драгоценные и полудрагоценные камни. А мелкие камешки пошли на тонкую отделку линий знаменитого здания и окружающего его пейзажа. Смотрится невероятно красиво, даже не смущает цена - три тысячи долларов. Картина стоит этого.

С подобным искусством - вплетением в вышивку драгоценных камней - мы сталкиваемся еще в одном магазине. Здесь уже не картины, а просто круглые коврики, которые, впрочем, также, как и картины, предназначаются для того, чтобы висеть в качестве украшения на стене. Коврики настолько меня впечатляют, что я даже прошу менеджера магазина взять один такой коврик в руки и попозировать перед фотокамерой. Объясняю менеджеру, что это для статьи в газету, но менеджер в ответ произносит монолог на английском, из которого я понимаю только словосочетание "пятьдесят рупий". Я начинаю объяснять, что пятьдесят рупий мне не нужны, реклама в газете стоит гораздо дороже, но вам повезло, так и быть сделаю эту рекламу бесплатно. Однако сокурсники уточняют: пятьдесят рупий менеджер предлагает не мне, а просит для себя, чтобы разрешить мне фотографировать. Вот парадоксы индийской жизни - платить водителям такси за то, чтобы они возили клиентов, большинству которым товары магазина не по карману, и в то же время игнорировать рекламу, причем, бесплатную, в прессе.

АФГАНСКИЕ ИЗУМРУДЫ

Хочу дать совет всем собирающимся впервые ехать в Индию: как бы вас ни умоляли, ни в коем случае не берите никаких заказов на покупку вещей. Выполнять заказы - дело муторное и неблагодарное. В Индии цены на один и тот же товар, как я уже писал, могут отличаться в разных торговых точках до пятидесяти раз и больше. И по возвращению домой обязательно найдутся "авторитетные" эксперты, которые будут с пеной у рта доказывать, что ты - лопух и переплатил вдвое, или, наоборот, тот еще жук и решил надуть человека, доверившего тебе деньги. Одним словом, и головную боль приобретете, и от заказчика "спасибо" не дождетесь.

Но я пока еще не знаю, что меня ждет в Ташкенте, поэтому опять еду в "Яшвант" выполнять следующий заказ - покупать украшения из изумрудов. Парвина недорого купила прекрасное женское украшение в магазинчике №27 на первом этаже, поэтому направляюсь туда.

Украшения здесь, действительно, симпатичные. Жаль только, что в качестве такого товара я разбираюсь так же, как второклассник в теории Эйнштейна. В ответ на просьбу показать гарнитур из изумрудов веселый продавец по имени Ашид выкладывает на прилавок восхитительные колечко, сережки и кулон с большими зелеными камнями. Мне все это так нравится, что торгуюсь недолго и, в основном, только для того, чтобы привести запрашиваемую Ашидом сумму с тем, что у меня есть в кармане.

Конечно, следовало бы погулять и по другим магазинам, присмотреться и прицениться к тем украшениям, что есть там, но в Дели этого делать не следует. Многие туристы совершают такую ошибку: присмотрев хорошую вещь и сторговавшись за низкую цену, обещают придти через несколько дней. И, вернувшись в магазин через несколько дней, попадают впросак.

Дело в том, что в первый раз продавец максимально скидывает цену по разным причинам. К примеру, хочет сделать почин - здесь многие торговцы еще суевернее, чем наши. Или боится, что такую же вещь вы найдете по более дешевой цене в другом магазине. Но, если вы вернулись через несколько дней обратно, значит, больше такой вещи и по такой же цене не нашли. А раз так - цена тут же возрастает вдвое. И как вы ни торгуйтесь, все равно купите дороже, чем купили бы в первый раз.

Впрочем, по дороге в гостиницу захожу в один из ювелирных магазинов и интересуюсь, что я купил: изумруды или какое-нибудь барахло? И продавец, и менеджер выразительно стучат по стеклу витрины. Мол, ну и простофиля же ты, купил стекло. Лучше покупай у нас: вот колечко с настоящими изумрудиками, всего двадцать пять долларов, плюс даем к нему сертификат. Цена, действительно, невысокая, но я уже потратил абсолютно все деньги. Как я уже знаю, делийские продавцы о своих конкурентах ничего хорошего не скажут. Но все равно возвращаюсь в отель с испорченным настроением.

Показываю наборчик сокурсникам. Все дружно говорят: стекло, настоящие изумруды таких размеров стоят целое состояние. Немного успокаивает Настя из Петербурга, у которой папа ювелир. Она говорит, что это, конечно, не изумруды, но и не стекло - стекло так огранить нельзя.

Возможность снова поехать в "Яшвант" подворачивается только дней через десять. Можно, конечно, еще раз прокатиться бесплатно, но это уже перебор. Таксисты возят клиентов в дорогие магазины, которые находятся по пути к "Яшванту", а их не так много - всего штук шесть-семь. И каждый раз, вновь появляясь там, где вы уже были, играть роль "кролика" невозможно, да и противно. Так что даю еще один совет своим согражданам: лимит на подобные бесплатные поездки в одном направлении - один-два раза, не больше.

Захожу в магазин №27 с целой делегацией - Султаном и девушкой с Маврикских островов Хасиной. А также еще и Парвиной, с которой покупал украшения, чтобы Ашид не сказал, что стекляшки брали не у него. Но Ашида в этот день нет, вместо него торгует молодой парень - его сын. От товара своего магазина парень не отказывается, сразу предлагает пари - сдать украшения на экспертизу. Правда, при этом поясняет, что есть разные изумруды. Бразильские, африканские и, в частности, афганские, что я и купил. В подтверждение своих слов демонстрирует баночки, в которых разложены по сортам камни. Есть среди них и емкость, на которой написано "afgan emiral" - "афганские изумруды", и лежат точь-в-точь такие же симпатичные, как и в моем гарнитуре, зеленые камни.

Парень сообщает, что магазин №27 отвечает за свой товар. И тут же выписывает сертификат на фирменном бланке с водяными знаками, где указывает название камней и уплаченную сумму. В то же время предлагает, если что мне не нравится, забрать товар обратно и вернуть деньги.

Парвина с Султаном шепчут, что все, хватит донимать парня. Он выписал серьезный сертификат, если что не так, его за него могут просто посадить в тюрьму. Да и побрякушки, честно говоря, мне так нравятся, что менять их не хочу. Так что остаюсь при вызывающих сомнение камнях, но с солидным сертификатом. Приложу его к украшениям, скажу, чтоб заказчица, когда будет одевать изумруды, носила его с собой в сумочке. Кто скажет "стекло", тому сразу бумажку с водяными знаками под нос, пусть утрется.

После "Яшванта" Султан предлагает посетить находящийся неподалеку вещевой рынок. Туда идем пешком, благо это почти рядом. Вещевой рынок очень похож на наш, только размером поменьше. Зато лавочки продавцов, наоборот, больших размеров. И товар с собой домой увозить не надо - магазинчики закрываются раздвижными дверями.

Парвина присматривает лавчонку, где торгуют браслетами, и начинает прицениваться к товару. Все знают, что когда Правина заходит в какой-нибудь магазин, то застревает в нем так надолго, что, кажется, она решила в этом магазине поселиться и ей надо ставить раскладушку. Раскладушки у нас нет, поэтому все расходятся по своим делам. Скучающая Хасина присматривает поблизости художников, которые делают татуировки на руках, и решает на память об Индии и к удивлению своих близких сделать такую татуировку себе.

Выбирает из художников женщину зрелого возраста, рассматривает предлагаемый в качестве образцов продукции альбом. Вариантов татуировок множество, в основном, на ноге, на руке. Хасина выбирает татуировку на ладошке. Художница достает небольшой кулечек из золотистой бумаги, похожий на те, которыми наши кулинары рисуют узоры на тортах, и выдавливает на руку девушки длинные колбаски коричневого цвета, действительно, смахивающие на кондитерский крем.

Процедура длится долго. Скучающие без клиентов конкуренты художницы в это время разрисовывают коричневыми колбасками иллюстрации в журналах - видимо, подбирают на будущее новые варианты композиций, Парвина скупает оптом браслеты. Когда их набирается целый чемодан, то Парвина, поняв, что, если она что-то еще купит, ей это не унести даже с нашей помощью, торг заканчивает.

Едем обратно в мотто-такси. Хасина всю дорогу держит руку на ветру. Но еще на подъезде к Карол Багху колбаски с ее ладошки отваливаются, и остается красивый коричневый узор. Однако и он ненадолго. Какая то неделя - и картина индийской художницы навсегда смоется в ванной. Так что татуировкой подобное назвать трудно. Просто - временное украшение на теле.

Что же касается афганских изумрудов, то, забегая вперед, скажу, что они очень понравились заказчице. Причем, настолько, что она даже категорически отказалась заходить в ювелирный магазин и узнавать, что же я на самом деле ей привез. Сказала: "пусть будет как в сертификате - афганские изумруды, и точка".

РАССТАВАТЬСЯ НЕМНОЖЕЧКО ГРУСТНО

И вот наступает последний день моего пребывания в Индии. Честно скажу, все время мечтал побыстрее уехать домой. Сильно раздражала и необходимость общаться с индийцами из-за незнания языка при помощи жестов, и влажный, крайне неподходящий для ташкентца климат. Однако в последний день перед отъездом настроение меняется. И этот день я, наверное, запомню навсегда.

Сначала вместе с Акопом - еще одним членом армянской делегации, который всем скромно представляется госслужащим - едем в "Яшвант". Акоп мне показывает ювелирный магазинчик на втором этаже, где рекомендует приобрести те украшения, на которые у меня еще остались деньги. И магазинчик, надо сказать, стоит этого. Все дешево, с гарантией, сертификаты выписываются тут же. Хозяйка - очаровательная женщина по имени Нилам, прекрасно говорит по-русски. Так что рекомендую соотечественникам магазин под № 107. Здесь ошиваются все челночники с СНГ, а это о чем-то говорит.

Потом дружно собираемся посетить мемориал, о котором я уже писал - памятник с изображением Махатмы Ганди и идущих за ним людей. Так же дружно решаем прогуляться до него пешком. Правда, встреченные по дороге индийцы, показывая к нему направление, хотя для верности Акоп демонстрирует изображение мемориала на мониторе видеокамеры, каждый раз тыкают в разные стороны. В результате мы попадаем в парк имени Джавахарлала Неру, прогуливаемся по милому райончику, застроенному симпатичными двухэтажками, и в итоге через час возвращаемся обратно к "Яшванту". Но на поверку абсолютно не жалеем потраченного времени.

Особенно мне понравилось в парке. Бегающие по лужайкам бурундучки, влюбленные парочки… А на двух слоновых пальмах надписи на английском языке, выковырянные ножом - типа наших: "здесь были Вася и Петя". Правда, надписи довольно давние, успевшие основательно зарасти корой. Это и не удивительно: по парку ходят строгого вида охранники с крепкими бамбуковыми палками в руках. В Дели умеют учиться на своих ошибках и сохранять природу.

Вечером в последний раз иду в ресторан. Набираю целый целлофановый пакет кусочков куриного мяса и мяса ягненка. Здесь каждый вечер я подкармливаю бродячую собаку, о которой я уже писал, что у нее дефицит общения. Собака привязалась ко мне и ждет у входа в ресторан, прыгая от восторга. Я зову ее "Машка", и имя, вроде, ей нравится.

Любопытный момент: в буквальном смысле слова на хвост Машке пытаются пристроиться другие собаки. Сначала пристраивается черная, несвойственная Дели по раскраске, собака, видимо, кобель. Но не ластится, как Машка, скромно держится в стороне. Я ему даю кусочки, что похуже. Потом, наверное, услышав о редкой халяве, прибегает еще одна собака, очень похожая на Машку. Я с огорчением вспоминаю знаменитый рассказ Марк Твена о докторе, который вылечил собаку, поломавшую ногу, но мне неожиданно везет. Халявщице попадает кусок мяса, вымоченный в соусе "чили", да, видимо, и прилипший к нему жуткий на вкус перец. Собака долго кашляет, напоминая при этом повешенного, и больше не приходит, а также не приводит своих друзей.

Еще один любопытный момент: собак в Дели бродячими можно назвать с трудом. Все они как бы приписаны к определенным домам или организациям. К примеру, та же Машка "приписана" к соседнему четырехэтажному дому с нашим рестораном в "М.С.Редженси". И ограничивает свой круг передвижения только до входа в отель справа и еще метров двадцать от дома влево. А так живет возле дома, и жители этого дома ее кормят. Бывает, так налопается, что спит без задних ног на обочине и забывает меня встретить. Приходится даже иногда слегка попинать ее ногой, чтобы очухалась. Но я всегда желанный гость - вряд ли вегетарианцы-индийцы кормят ее такими же мясными деликатесами, как я.

Да и другие собаки тоже "приписаны". Когда я часа в три ночи возвращаюсь с компьютера отеля "М.С.Редженси" в свою гостиницу, вижу возле нее несколько спящих собак. И они обязательно обеспокоятся моим присутствием, тихонечко тявкнут швейцару, что идет неизвестно кто, не пора ли ему проснуться и проверить личность пришедшего.

Кстати, в Дели есть и домашние собаки. Но их сравнительно мало. Они, как правило, такой же породы, как их бродячие сородичи, но гораздо крупнее. Идет такая собака рядом с хозяином по улице, а бродячие собаки виляют хвостами и даже не лают, а как-то недоуменно и сочувственно ей тявкают. Мол, бедолага, как же так вышло, что тебя на поводок угораздило? Перегрызай его быстрее и пошли к нам в вольную компанию!

Хозяин в ответ вооружается хворостиной покрепче. Потому что, бывает, бродячие собаки собираются в стаю в штук пятнадцать и бегут следом. И, стоит домашней любимице поддаться свободолюбивым уговорам и предать хозяина, тут же попытаются эту любимицу отбить от мучителя.

Хочу попрощаться с Машкой, но она, зарывшись носом в пакет, не соображает, что видит меня в последний раз. Ну да ладно, ждать, пока она съест всю вкуснятину, которую я ей принес, у меня нет времени. Хлопаю собаченцию по загривку и направляюсь в отель, собирать вещи.

По дороге вспоминаю, о чем я забыл написать. Наверное, о многом. Ну, к примеру, о том, как одеваются индийцы. Мужчины - так же, как и у нас, разницы никакой нет. Разве, кто побогаче, оденет чалму или какой другой головной убор, демонстрирующий его религиозную принадлежность.

Что же касается женщин, то тут порядки, как я уже писал в первых главах, построже. Голые ноги в Дели не увидишь. Женщины постарше одевают сари, где подол чуть ли не волочится по полу. Кто помладше - предпочитают джинсы и блузку навыпуск. Правда, есть еще одна национальная одежда - пенджаби. Это брюки и длинная блузка. Те индианки, что посостоятельней, выбирают именно такую одежду - расшитое узорами и блестками пенджаби с умеренно укороченной блузкой. Смотрится невероятно красиво. Кто догадается возить такое пенджаби из Дели в Узбекистан, станет миллионером. Подобный наряд с удовольствием оденут не только узбечки, но и европейские дамы.

Уже после того, как написал главы, где выдавал землякам рекомендации по поводу покупок в Индии, сам попадаю в редкий просак. Иду на базарчик, где продают фрукты, и, строго следуя рекомендациям Акопа, приобретаю только ананасы и бананы, игнорируя фрукт манго, который сейчас невкусен. Также игнорирую и питьевой кокос - провожая Акопа и армянских контрразведчиц, мы один такой кокос распробовали. Вода водой, даже для смеха покупать не стоит.

Но затем продавец предлагает мне мелкие фрукты, очень похожие на сливу. Фрукты мне так нравятся, что я беру целый килограмм. И только в номере, распробовав "сливу", и отплевываясь, вижу, что купил какие-то мини-баклажаны. Недаром потом продавец сватал мне лук и картошку!

Баклажаны я, конечно, оставляю в номере для обслуживающего персонала - вдруг, пригодятся для домашнего обеда, домой беру только несколько штук для смеха. И поэтому еще раз хочу предупредить соотечественников: не покупайте в Индии того, о чем понятия не имеете.

Потом - о миролюбии индийцев. Они не признают драк и скандалов. Хотя скандалы наблюдать приходилось. Это, когда водители столкнутся между собой и выясняют отношения. Но ругаются они как-то неуверенно, без злобы. Могут и подраться, такое тоже видеть приходилось. Но и драка происходит с неуверенностью обоих сторон, без злобы, с каким-то стыдом. Одним словом, не драка, а просто смех.

В Дели можно спокойно ходить по ночам. Я много раз иду в гостиницу глубокой ночью, но мне не встречается никакая шпана. Здесь не любят насилия.

Так что был не просто возмущен, а удивлен, когда по возвращению домой узнал, что на рынках Дели, где я еще вчера ходил, взорвали бомбы. Каким идиотам это понадобилось - мне совершенно непонятно.

Еще насчет религии. В каждом магазине или офисе есть свидетельство того, к какой религии хозяин относится. Маленький уголочек, где стоит скульптурное или фотографическое изображение святого, которому этот хозяин поклоняется. Однако, кичиться религиозной принадлежностью в Индии не принято. Наши сограждане, попав в Индию, иногда пытаются спекулировать на религии, говоря расхожую фразу: "Ты мусульманин или нет?" У нас такое иногда проходит, а в Индии - нет. Здесь сразу в ответ говорят: а что, если не мусульманин, то, значит, плохой человек?

А что мне навсегда запечатлелось в памяти - так это картина из одного "кроличьего" магазина. Прекрасная девушка со свечей в руке и подсвеченная свечами. Конечно, есть Рембранд, Айвазовский, Шишкин и другие знаменитости, но вот такой красоты я никогда не видел. Вот чему надо висеть в Лувре на самом почетном месте! И стоила эта красота всего долларов четыреста.

И еще о том, почему я назвал книжку "Индия в цветах". Вначале это воспринимается, как должное, потом я об этом забываю. И только в последний день, в разговоре с девушкой из Грузии с удивительно красивым именем Элиза, вспоминаю - почему. Элиза говорит, что крайне поражена: в магазинах Дели продаются куртки всевозможных цветов. Есть и зеленые, и даже розовые. А у них в Тбилиси ходят только в черных куртках, поэтому она обязательно купит розовую.

А, находясь в Дели, об этой непривычной нам разноцветности жизни индийцев просто со временем забывается. Но, может, именно так и стоит жить - разноцветно и миролюбиво? По крайней мере, я не жалею, что именно так назвал серию репортажей. Как есть, так и есть.

Вот и все, что я хотел написать о своей поездке. Может мало, а, может, и много. Как бы ни ругал в Индии людей, которые меня сюда отправили, а на самом деле - им искренне благодарен. Как бы там ни было, а в результате поездки родились эти путевые заметки.



ИндияБуддизмМистикаРелигияУчителяПрактикиРазное

.:: Вести из Сансары ::.

Загрузка...
 nervana.name


Твоя Йога Турбо-Суслик KrasaLand.ru Слова и Краски