Владимир Болсун

Я П О Н И Я


МАСТЕР РАССЛЕДОВАНИЯ

А вот в этот раз я увидел древнюю Японию.

Феодальная Япония представляла собой консервативный родовой строй. Род от сегуна (князя) до последнего крестьянина представлял собой единый, монолитный организм. Он был основан не на подавлении и подчинении, а на искренней преданности своему роду. Подкуп не имел смысла, и даже страх смерти не мог быть причиной предательства. Муравью никогда не придет в голову жить вне своей общины. Самым худшим наказанием было изгнание родича из общины.

В каждом клане-общине была своя ТАЙНА!

Это нечто удивительное, то, что как стержень связывало всех в одно. Нет не религия, а именно ТАЙНА, которая для каждого была понятной и родной.

И вот, в одном из южных княжеств удивительным, ТАЙНЫМ, было совсем небольшое озеро. Вода озера всегда была прохладна и прозрачна, а вкус ее был обычный поначалу, но затем человек еще долго ощущал во рту непонятную сладость-радость. Посредине этого озера стоял храм, в котором люди молились. Дзен-до и всякий истинно верящий получал благо, ибо верил

. Верующих много, верящих мало, - любил повторять старый священник. Радость и жизненная сила переполняла людей после истинной молитвы посредине озера.

Но сильней всего озеро благотворно действовало на бесплодных женщин. Через положенный срок рождались красивые здоровые дети, и благодарные матери спускали венки из своих любимых цветов на воду. Поэтому часто можно было видеть плывущие большие венки со свечами и лентами.

Стражи озера взимали небольшую плату и следили за порядком, потому что паломников было много, очень много. Княжество процветало, а князь, отец РОДА, благоденствовал.

Неподалеку от озера раскинулся огромный пирамидальный дворец-крепость, основа рода. В тайном дворцовом храме на алтаре стояла статуя Богини озера, в которой жил ее дух. От нее кругами расходились жемчужные волны, как от камня, брошенного в воду. Эти волны наполняли озеро удивительной лечебной силой. Все общинники верили, что пока Богиня с ними, род будет процветать и благоденствовать. И так оно и было. Только самые близкие и доверенные люди знали о тайне, где именно хранится реликвия ,священный артефакт.

Однажды весной южное княжество было атаковано соседним кланом, без видимых на то причин. Война обещала быть затяжной и жестокой. Все силы и помыслы рода были прикованы к неожиданной напасти.

Однажды ранним утром во дворце сегуна начался переполох. Несокрушимая охрана у святыни была перебита неизвестным врагом.

- Слава Богу, - воскликнул князь. - Статуэтка Богини на месте!

- Нет, - ответил угрюмо главный священник. - Статуэтка-то есть, а Богини нет.

И, как в доказательство его словам, от статуэтки отпал кусочек. Дыхание и сердца у всех остановились.

Ужас упал, как ночь. Весть о трагедии с быстротой ветра распространилась по княжеству. Свет в глазах людей стал меркнуть, как и озеро, оно за один день превратилось в обычный водоем и даже как-то обмелело.

На верховном совете кроме горя и гнева были высказаны и трезвые мысли. Выкрасть дух Богини могли только ниндзя, воины-невидимки. Князь приказал, чтобы срочно послали за знаменитым мастером расследования запутанных и темных дел - Суоко.

Я мигнул и увидел себя в главном зале, на верховном совете. На мне было мое знаменитое несуразное, пестрое кимоно. Чем ярче я был одет и раскрашен как мастер расследований, тем незаметней я был в деле.

- Я слышал о вашей беде, - с почтением и поклоном сказал я совету. - Но затевать ответную войну с соседями не советую, и искать неуловимых нет смысла, как предлагают здесь горячие головы. Этого нельзя делать, никак нет!

- А что предлагаете вы? - спросил князь.

- Я ничего не предлагаю, т.к. ничего о преступниках не знаю. Война с соседями была лишь отвлекающим маневром. У них нет Богини. А ниндзям нет смысла мстить - это их работа. Кто их нанял, у того и Богиня.

Идя на совет, я просмотрел императорские архивы и узнал, что пять столетий назад предок князя Кэдо штурмом взял главную цитадель северного клана и похитил статую Богини. Но я не хотел, чтобы эти сведения стали достоянием гласности.

В полночь я встретился с сегуном наедине.

- Ваша Богиня у северного князя. Я предлагаю вам не начинать войну, в которой при любом исходе вы не получите священную реликвию. Они считают, что вернули себе свое. Если через полгода я не добуду ее, можете тогда действовать, как вы считаете нужным.

Он горестно мне ответил:

- Да, я согласен, - и добавил, - Вы понимаете, что цена награды для нас не имеет значения. Вся наша сокровищница и наши люди в вашем распоряжении. Любой ценой верните Богиню.

Я думал, что старик заплачет, но он только кривился от боли. Я, не глядя на него, сказал:

- Вы, наверное, знаете, что до сих пор у меня не было промахов. Лук моего ума натягивается медленно, но стрела мысли летит быстро и попадает туда, где я вижу цель. Мне необходима помощница, совсем юная девушка, но с особыми свойствами. Утром пусть все ваши девушки выстроятся вокруг озера - я буду выбирать ее.

- Так и будет уважаемый Суоко.

Только к полудню все юные девы выстроились вокруг озера. Человек мог обойти озеро за несколько часов. Мы же, не спеша, со всем двором обходили озеро долго. Под нашими взглядами девушки ежились и опускали стыдливо взгляд. Но каждая реагировала по-своему. Здесь были девушки всех сословий, и все были прекрасны по-своему. Юность всегда прекрасна своим внутренним светом. Одни их них розовели, другие бледнели, несколько упали в обморок, но я никак не мог найти ту, что смотрит "за ширму" (за пределы реальности, где можно увидеть Истину).

И, наконец, я нашел, я увидел ее. Она спокойно смотрела в никуда, совсем игнорируя пышный кортеж. Она заранее знала, что я выберу ее. Она знала, что я ее почувствую.

- Накройте ее покрывалом и посадите в княжеский паланкин.

Моя просьба мгновенно была исполнена. Князь с надеждой спросил:

- Это она? - Я кивнул.

- А какие у нее удивительные свойства?

- Это долго рассказывать. Нам надо готовиться в дальний путь. Мне необходим грим, деньги, принадлежности лекаря, и утром исчезнет мастер Суоко, а возникнет лекарь Икагама со своей помощницей Асаки...

…Я мигнул и увидел себя в лавке аптекаря. В этом небольшом северном городке, который находился неподалеку от замка нужного нам князя, я уже заслужил славу искусного целителя. Моя помощница накрывала человека, на которого я ей указывал, темным энергетическим покрывалом. И возникала тень-зеркало. Все скрытые недуги, как телесные, так и духовные, проявлялись и обострялись. Они отражались сами в себе и звучали с новой силой в человеке. Когда никакие снадобья и лекари не могли помочь, приглашали меня. Асаки снимала "тень" и получалось, что больной чудесным образом исцелялся. Я стал очень знаменитым и очень дорогим. Меня ценили как лекаря, но и ненавидели как жадного и надменного чужака. Но я только посмеивался про себя .

- Учитель, а не делаем ли мы зло, наводя на людей порчу, - спрашивала юная Асаки.

Я ответил:

- Любая порча - это внедрение в человека чужого, негативного демона. Мы же только обостряем, проявляем в человеке его темные места, и получается болезнь. Когда ты снимаешь покрывало, человек становится светлее, лучше, чем был до этого. Разве ты этого не видишь?

- Учитель, как же тенью можно изгнать тень?

- А как ты стираешь белые одежды, когда они запачкались?

- Специальной золой.

- Вот видишь, черная зола превращает грязную одежду в белоснежную. Когда мы обостряем скрытую болезнь, силы организма начинают "видеть", чистить и изгоняют скрытые недуги. Люди напрасно думают, что боль и жар это зло, и стараются поскорее избавиться от них. Как мы совершаем омовение плоти снаружи, так необходимо совершать омовение и изнутри.

Я погладил свою девочку по головке и сказал, нежно глядя ей в глаза:

- Не волнуйся, я не буду приучать тебя творить зло и не позволю злу коснуться тебя.

Я увидел ответную вспышку понимания. Она спокойно улыбнулась мне в ответ.

- Сегодня мы сделали первый шаг к нашей цели. Хорошо. Я не ошибся в тебе. Хорошо

- Учитель, а как же мы добудем… - и замолчала, закрыв рот ладошкой, боясь вслух назвать цель нашей экспедиции. Она была славной, умной девочкой.

- Ложись спать, завтра будет удивительный день, и ты увидишь цель.

Я уже знал, что завтра северный князь со своим двором будет ехать через центральную площадь городка на свадьбу к соседнему князю.

Утром мы стояли как все, склонившись в поклоне. По площади важно проезжал весь двор. Моя девочка ждала, на кого я укажу, чтобы наложить тень. Я показал два пальца, значит двойную тень. Внутренним зрением я рассматривал торжественный выезд и увидел, что старый князь больше всех любит внука. Тот, кто по-настоящему любит, тот сам себя привязывает огненной нитью к объекту своей любви. Настоящая любовь - это ностальгия. От князя к внуку, круглолицему юркому пацану, тянулась не нить, а огненный шнур. Я глазами показал на него, девочка понимающе кивнула. Она и сама уже все поняла.

Через несколько дней распространилась горькая весть о внезапной и сильной болезни любимого внука и наследника. Жар настолько измучил ребенка, что у него начались судороги и бред. Придворные врачи ничего не могли поделать с этой напастью. Местные врачи спрашивали:

- А как вы думаете, уважаемый? Что это?

- Я думаю - это воспаление горла. А потом воспламенились и легкие. Он много бегал на ветру с открытым ртом. Да.

Через некоторое время, к вечеру за мной прислали. Посыльным с поклоном я отвечал, что не лечу ночью. Ночь - время темных сил. Нельзя ночью. И все тут. Но через час приехал сам князь. Он еле сдерживал свой гнев. Его внук погибает, а какой-то заносчивый чужак смеет перечить его воле. Я понял, что здесь важно не переиграть, а то можно легко лишиться головы. Не успеешь и мигнуть, как сам князь катаной легко отделит голову от тела.

- Я прошу вас, я очень вас прошу поехать со мной. Вы знаете зачем.

Я молча поклонился, и молча прихватил уже приготовленный узелок со снадобьями и устремился за князем. Неслышно, как тень, позади нас скользила моя девочка.

Осмотрев ребенка и обтерев его винным уксусом, я вложил ему в рот щепотку соли, чтобы прояснилось сознание. Подняв вверх указательный палец, я давал пояснения. Но это также был и условный знак, и тогда моя девочка сняла первую тень. Жар стал потихоньку спадать, дыхание выровнялось, ребенок заснул. Князь смотрел на меня с восхищением и надеждой, а придворные лекари с нескрываемой завистью и злобой.

- Я знаю, князь, что всех, кто приближается ко дворцу обыскивают и проверяют. Таков закон. А мы с моей помощницей прибыли внезапно, хоть и по вашей просьбе и нас не обыскали. Я прошу и настаиваю, чтобы нас тщательно обыскали и проверили всеми возможными способами. Мою просьбу исполнили с особым старанием.

Когда мы шли в отведенные нам покои, я прошептал моей помощнице:

- Вот мы и сделали второй шаг.

- Да, учитель, - радостно ответила она.

Перед сном я медитировал и вспоминал. Мы уже два месяца жили в северном княжестве и ждали возможности сделать второй шаг. После того как северный князь заполучил Богиню и спрятал ее в пещере, его род стал процветать. Скала , в которой была тайная пещера, вдруг лопнула. И из нее забил целебный родник. Потянулись паломники, потекли деньги. Для людей своего клана вода была бесплатна. Все славили щедрость и мудрость князя. Вода была бесплатна, но только для своих.

Был издан тайный указ о необходимости докладывать о любом чужеземце, который попытается проникнуть на землю рода. Паломники же шли по строго охраняемой дороге. А нас князь сам заставил прийти во дворец. Это и был второй шаг. Я улыбнулся и заснул.

Утром ребенку стало легче, но все же его состояние вызывало тревогу. Князь пригласил нас на совместный обед, но я сказал:

- Я сначала хотел бы осмотреть ребенка.

- Да, конечно.

Осмотрев ребенка, я сказал:

- Я чувствую, что в вашей горе, откуда бьет этот удивительный источник, есть целительная сила. Возможно, это сама гора.

Князь ненадолго задумался, а затем, все же решившись, сказал:

- Да, там есть пещера, и в ней находится тайный храм нашего рода. НО туда нельзя чужим. Даже за само знание о существовании пещеры, люди умирали мгновенно.

Как бы не слыша князя, я продолжал:

- Я хотел бы помолиться с вашим внуком в этом храме. Я точно знаю, это его спасет. Потом вы можете делать со мной, что захотите.

Князь был поражен моей самоотверженностью, но желание спасти любимого внука победило все его колебания. Он надолго задумался, а потом кивнул:

- Хорошо. Так и будет.

Любовь, как всегда победила благоразумие.

В подземный храм нас сопровождали только князь и четверо самых доверенных воинов из личной охраны князя. Поднеся дары к алтарю, воскурив священные палочки, я опять поднял вверх указательный палец и сказал:

- Ну, все, он освободился от болезни. Моя работа закончена.

Я верил князю, он не убьет меня сразу, по крайней мере, сейчас, пока его переполняет радость.

Мы с моей девочкой стояли на коленях, молились. Я взглядом показал ей в угол пещеры - там был зарыт саркофаг с духом Богини. На алтаре стояла ложная приманка. Жемчужные волны распространялись кругами именно из угла.

- У меня единственная просьба, - сказал я князю. - Всем вместе помолиться на вершине горы. Но не сегодня, а завтра на рассвете. И тогда я с уверенностью смогу сказать, что Ваш внук спасен. И даже более того. Пройдя сквозь такие огромные трудности заболевания, ребенок приобретет удивительные благие способности. Князь торжествовал.

Ночью я опять медитировал. Раздвинув ширму этого мира, я увидел, что волны Богини пробудили сердце горы. Сердце горы бывает не во всякой горе. Оно возникает лишь там, где камень монолитен и красив, там, где сходятся силы земли. Но сердце спит до поры, как сухое зерно в закромах. Пока зерно не будет зарыто в плодородную, теплую, влажную землю, оно не взойдет. Волны Богини Озера как вода омыли сердце горы, и оно набухло, готовое вот-вот взорваться. Я также понимал, что, похитив дух Богини, нам будет очень сложно уйти живыми. И удивился сам себе, своему спокойствию. Оказывается, на самом деле, мне нравятся невыполнимые задания. Нравится смертельная опасность, нравится предвидеть приближающуюся опасность.

Первые лучи солнца обладают удивительными свойствами. Они скользят по земле, впитывая ее дух, сродняясь с ним, будят ее. Эти первые лучи солнца нежно розовые, алые и такое же излучение бывает у сердца горы. Оно пробудилось, надо лишь только соединить его с небесным светилом. Я вздохнул и заснул…

В этот раз я увидел. Мы стояли на вершине задолго до рассвета. Дул прохладный ветерок. Княжич чувствовал себя прекрасно. Его трудно было удержать на одном месте.

- Ну, долго еще?

- Вот-вот и взойдет, - успокаивал его дед- князь.

Я попросил всех поднять руки и широко расставить ноги. Надо пить свет ладонями и глазами, вдыхая в себя светлое, нежное, чистое, а выдыхать серый дым, который жарким дыханием превратится в огонь.

- Как дракон? - спросил мальчуган.

- Именно так, - ответил я.

Первые лучи окрасили белые облака. Это было чудесное зрелище. Старый князь прошептал:

- Прожил жизнь и ни разу не видел такого чуда.

Естественная красота природы незаметна в суете. И только горе и страдание нас останавливают и заставляют видеть эту красоту, наполняя нас радостью. Я попросил всех дышать в одном ритме - медленно и глубоко. У каждого внизу живота стало появляться ощущение жара. Я замкнул через копчик все огненные нити и направил к сердцу горы. Солнце вставало, жар усиливался, зерно набухало. Потом произошел взрыв. Многие закричали, схватившись за живот. Я попросил всех сесть на землю, чтоб копчик был ближе к скале. Солнце-светило надежно соединилось с сердцем горы, и оно мощно и ритмично стало пульсировать.

Я взялся руками за коралловые четки и представил наше озеро. Богиня озера страдала от жара и легко отозвалась на мой призыв. Через родник она устремилась наружу, а потом ко мне. Коралловые четки теперь стали ее убежищем. Я держался за коралловые четки и ощущал прохладу. Она наполняла меня спокойствием и умиротворением. Вокруг разливалось светло-жемчужное сияние. Я понимал, что, унося Богиню озера, я оставляю здесь другое божество - огненный Дух горы, и теперь родник будет исцелять, в основном, сердечные страдания и проявлять в людях способность любить. Любовь это свобода. Познав ее, уже не можешь просто жить.

Я мигнул. Мы стояли у входа замка южного князя - нашего нанимателя. Он не утерпел, и сам устремился к нам на встречу. Мы с моей девочкой радостно улыбались ему . Он понял - мы выполнили задание. Но не удержался и воскликнул:

- Ну?

Мы кивнули:

- Да!

Я мигнул. Мы стояли в храме Богини Озера и смотрели на остатки статуэтки. Я перебирал красные коралловые четки. Князь спросил:

- Где?

Я показал на четки:

- Здесь.

Я протянул князю четки, и тот с благоговением принял их. Он закрыл глаза, и боль, которую он носил все это время, отпустила. А вокруг него расходились кругами нежно-жемчужные волны.

- Разрешите предложить вам более надежное убежище для Богини Озера, чем храм и статуэтка.

Убежище, из которого невозможно выкрасть ее.

Князь с трудом открыл глаза и сказал:

- Слушаю вас очень внимательно.

- Мы при всем народе завтра утром бросим эти четки в воды озера. Пусть все знают - Богиня вернулась…

Утром было сложно протолкнуться к берегу. Возле озера собрались все, кто мог ходить, а иных принесли. Мы с моей девочкой сидели на корме длинной лодки. У ее ног стояла корзина, полная коралловых четок. Она медленно подавала мне одни бусы за другими. Я поднимал их над головой и под восторженные крики народа бросал в озеро. Лодка проплывала вокруг острова, а четки все не кончались. Богиня вернулась в свой мир и вода как будто бы стала прозрачней, вкусней. И вроде бы воды стало больше. Это заметили и на берегу. Ликуя, люди кричали друг другу:

- Богиня вернулась!

- Вот мы сделали и третий шаг, - сказал я моей девочке.

- А зачем так много четок мы бросили в воду?

-Теперь нашу БОГИНЮ никто не найдет.

Ночью из замка вышел человек в странном пестром кимоно. А с ним рядом шла уже не ученица и помощница, а товарищ и мудрая женщина.

Они шли не спеша, радуясь нежному Солнцу, а мир шел им навстречу.

Впереди их ожидало что-то удивительное.

ЯКУДЗА И ЯКУДЗА

Первый: - Ты нарушил наш закон. Ты стал жадным, а значит и глупым.

Второй: - Сейчас уже другое время. Мне тебя жаль, старик. Я молод и силен, за мной будущее, а ты - прошлое, - сказал, улыбаясь.

Первый: - У предателя нет будущего. Время всегда одно. Люди в нем разные. Сделай сипуко (харакири). Умри достойно.

Второй: - Ты смешон, старый якудза.

Он не успел договорить и не заметил, как белые крылья смерти развеяли его жизнь.

Он никогда не был якудза.

САМУРАЙ

Острое стекло и гортанный лай.

Светлое чело - это самурай.

Вверх, вперед и в бой,

Без сомнения!

Презирая боль поражения.

И открылся миг откровения,

И исчезла смерть - отражения.

Нет добра и зла,

Нет стремления,

От кистей до плеч - оперение.

Смех и свист, и лай,

Свет - кружение,

Умер самурай -

Воскресение




 nervana.name
√ Библиотека


Загрузка...

Твоя Йога Книга для тех, кто хочет, готов и будет меняться KrasaLand.ru Слова и Краски